Оффлайн Ведьма

Двадцать пять лет вместе — и вон оно как вышло…

Знаете, что такое словесный ступор? Это когда в голове мыслей много и некоторые из них даже правильные, но ни одну из них ты произнести не можешь, и потому сидишь с круглыми глазами и думаешь, за что тебе всё это.

Серёжа не особо эмоционально открытый человек. Лучше бы Серафим пошёл с этим к Никите, тот хотя бы понял бы ситуацию, помог бы, поддержал бы. А Серёжа смог только тупо спросить:

— А почему?

— Не знаю, — пожал плечами Мочалин. — Они молчат.

«Похоже это семейная черта», — подумал Псих, а вслух спросил:

— А мама где?

— У подруги.

Там в д…деревне. Отрабатывает последние дни фельдшером и приедет ко мне, — удивительно развёрнуто пояснил парень теннисному мячу. — А я ведь ничего и не умею, кроме как рисовать.

Серёжа лишь хмыкнул. Его, если честно, бесили фразы по типу «это всё, что я умею». У него отец всегда говорил одну и ту же фразу, которую вполне можно брать как девиз по жизни: «Нет слова «не могу» — есть «не хочу»». Человек может научиться чему угодно, главное — желание.

Научился же Серёжа вешать люстры по видео-урокам, да?

Так что слова Серафима подняли в Сергее волну негодования. Когда человеку нужны деньги, он будет добиваться их всеми возможными путями, а всё остальное — оправдание лени. И, чтобы не сорваться на парня, который в данный момент был куда ближе к статусу художника «Блокнета», чем месяц назад, Сергей спросил:

— Ты с Никитой разговаривал?

Мочалин вскинул голову и, выпучив от ужаса глаза, воскликнул:

— Нет! Зачем? Чтобы он надо мной смеялся? И рассказал всем?

Сергей на секунду потерял дар речи.

Нет, он, конечно, понимал, что Хохмин производит впечатление человека, который высмеивает всё, что движется, а то, что не движется, он двигает и высмеивает. Но не настолько же! И Психчинский вполне мог бы объяснять, что Никита не такой; что он очень понимающий и безмерно ответственный человек. Вот только Сергей не был бы собой, если бы решился на подобный шаг, поэтому он просто спросил:

— Ты идиот? Или прикидываешься?

Паренёк аж побагровел.

— Сер..ргей Павлович, я же к вам со всей душой!

— А я к тебе с дозой адекватности! — воскликнул Псих и таки запулил мячиком куда-то в стену. — А на тупость у меня один ответ.

Серафим подскочил с места, явно намереваясь, как и в прошлый раз, убежать, но Сергей не позволил:

— Сел! — приказал он и пригвоздил Мочалина взглядом к стулу, решив, что пора всё-таки оправдывать все свои прозвища. — И слушай, — уже спокойнее продолжил он.