Баламут

Болотное чудовище дёрнулось всем телом, выпрямилось, оказавшись ростом в добрую сажень, повернулось к двум путникам лицом, вытянула вперёд тонкие руки-ветки с длинными когтями и заверещало.

— А вот теперь нам конец, — тихим, мертвецким голосом сказал Баламут и тут же срываясь на крик. — Беги!

Кони, перепуганные воплем стрыги, вырвались и разлетелись в разные стороны. Баламут со всех ног опрометью бросился бежать. Княжич, чуть замешкавшись, не успел выпустить поводья коня, упал от рывка и потерял драгоценное время.

Стрыга хищно заверещала и гигантскими скачками бросилась вслед за беглецами. В панике они побежали не в чащу леса, не на твёрдую землю, а дальше в коварную топь болота. Под сапогами зачавкала предательская вязкая жижа.

Наёмник и княжич рассекали ветки с такой скоростью, будто смертельно перепуганные лоси ломятся прочь от охотников. Оба их коня с отчаянным ржанием метались между стволов чахлых берёз, внося своим мельтешением ещё больший хаос в происходящее.

Стрыга зачерпнула здоровый ком вязкой глины и ила, бросила его вдогонку беглецам. Грязь, пущенная будто камень из катапульты, попала в спину отстающего княжича с такой силой, что его оторвало от земли и он крутанул в воздухе два оборота.

Баламут услышал отчаянный вопль, оглянулся. Увидел, как в болотной жиже беспомощно барахтается княжич, а стрыга быстрыми скачками бежит к нему. Горло наёмника словно сжало стальным кулаком. Дистанция между ними была уже больше десяти саженей.

Пока стрыга будет лакомиться пухлым княжичем — он сумеет оторваться. Баламут застонал.

Стрыга уже нависла над Алёшей так, что тот мог разглядеть каждую прожилку гнилых зубов в зловонной пасти. Казалось, для него всё кончено. Но тут откуда-то из-за края зрения вылетел Баламут. Его меч сверкнул, как молния в ночном небе, и правая лапа стрыги упала в болотную грязь.

— Беги! — проорал Баламут.

Княжич вскочил на ноги и опрометью бросился бежать. Баламут попытался снова взмахнуть мечом, но стрыга, проворная, как взбешённый угорь, взмахнула целой лапой.

Её длинные обломанные когти пронеслись едва ли в одном волоске от лица Баламута и он растерял остатки былой храбрости в один миг. Он отпрыгнул назад, оступился. Упал в зловонную болотную воду, крутанулся в сторону, прикрываясь деревом, вскочил и снова побежал прочь, чтобы было сил. Путаясь в собственных ногах, руках и плаще, он летел быстрее молнии.