Аделаида: путь к Тьме (1)

Про медяшки он сказал, что тридцать — это половина серебряной монеты. Возможно, по аналогии в золотом шестьдесят серебряных? Сощурившись, я тяжёлым взглядом посмотрела на ушлого торгаша.

— Мало.

Сквозь зубы сыпля проклятиями, он отдал мне ещё две монеты. Я отошла от его прилавка подальше с ощущением триумфа в душе. С остальными покупками дела обстояли куда печальнее, много сэкономить не вышло. Пришлось купить подобие заплечного мешка, чтобы сложить в него новые вещи, на сумку мне явно не хватало. На обувь в итоге осталось только полтора золотых.

Сапожный прилавок выглядел не особо презентабельно: вся обувь была свалена в кучу, со стороны тяжело понять, какая пара к какой относилась. Сначала я наблюдала за тем, как товар выбирали другие. Покупатели доставали одну половинку пары, а вторую лавочник вынимал из-под полы. Платили по-разному. За сапоги два-три золотых, за ботинки — полтора. Я нуждалась в летней обуви, поэтому присматривалась к сандалиям и чему-то наподобие очень открытых мокасин. Сандалии тут делали довольно практичные — с защищённым носком, открытой пяткой и обмоткой из завязок по щиколотке.

Когда поток покупателей иссяк, я осторожно подошла к прилавку, выбрала и показала приглянувшиеся обувки торговцу.

— Сколько? — вопрос почти потонул в рыночном шуме.

— Два с половиной, — громогласно ответил продавец.

Разжала кулак со всеми монетами, что у меня были, и показала ему.

— Мало! Мо́же, тебе за энти гро́ши ещё и магическую подгонку по ноге сделать? — хохотнул он.

Отметив, что такая существует, я приуныла. Сапожных лавок на всей ярмарке нашла только две, но на второй обувь продавали взрослую, а мне требовалась если не детская, то подростковая. Несмотря на рост, нога у меня небольшого размера, а по местным меркам так вообще маленькая.

На рынке я убедилась, что никто в замок высоких людей специально не отбирал. Просто рослый народ эти шемальянцы. Или, может, гравитация тут меньше, вот они и растут, но лично я пока никаких отличий не заметила, до потолка подпрыгивать не начала.

Торговец прогонять не стал, позволил постоять помедитировать на понравившиеся модели. От нечего делать я разложила все оставшиеся на прилавке обувки по видам. Он заинтересованно наблюдал за процессом. Когда прилавок стал выглядеть опрятно, я отошла чуть в сторону. Теперь покупатели задерживались у его точки и покупали чаще. Когда наведённый порядок нарушали, приходилось подходить и раскладывать заново.