Бесконечный полигон

Внешнее напоминал молодого Певцова. Высокий, с правильными, сердцеедскими чертами лица, а голос совершенно неподходящий. Невыразительный, без всякого присутствия харизмы.

Вооружен Глор был тем, что кличут термином сайдсворд. Ренессансное оружие со сложной гардой уже заметно ориентированное на уколы, но ещё не рапира. Также Глор носил кинжал и баклер.

Впрочем, безоружным теперь никто не ходил. Илья постоянно носил с собой меч, нож и обязательно копьё. Мешается – воткнул рядом или приставил куда-то. Без присутствия оружия парень с недавнего времени чувствовал себя голым.

Глор и Алу устроились в тени куста, тихо обсуждая какие-то свои темы. Прежде всего возможную встречу с эльфами, которых эти двое: "Двадцать лет играли!"

В тихом злорадстве Илья представлял, что эльфы здесь окажутся стремными, голозадыми дикарями. Может быть каннибалами, в боевой раскраске из медвежьего дерьма. Посмотрел бы он тогда на этих двоих.

Вскоре вернулись Барон с баронессой. Он держал за жабры какую-то страхолюдную рыбину с костяными пластинами на морде.

Плавников в ней будто слишком много было натыкано. Аппетита рыба не вызывала.

– Слушай, а напоминает кисте… – начал было умничать биолог Давен. Его заглушил Барон, который в идиотическом экстазе принялся декламировать стихотворение.

– Мы поймали рыбу-жопу.

Мы ловили на пурген.

На пурген поймали жопу,

А спиннинг рыбу-хрен!

Мы завялим рыбу-жопу.

Мы отварим рыбу-хрен.

Но найдем козла, что вылил в нашу речку мутаген!

И пизды ему отвесим

Как бы не был страшен он!

Даже если это будет жопа-сисько-клизматрон!

– Браво! – иронию Алу прикрыть не пытался.

– Жду, не дождусь, когда местные выучат русский. М-мы тут же ударим по их неокрепшей психике нашей в-великой культурой. Ария, Сектор Газа, Летов и вот этот шедевр как называется?

– Думаю, что "Рыба-жопа". – предположил Барон. – Но это не точно.

Солнце медленно катилось за горизонт. Вернулись Ньяль и гном, которого звали Азби или Асби, или Аспи.

Что-то такое. Он уже выучил некое количество слов великого и могучего. Постоянно говорил "привет". Был крепко привязан к Ньялю. Возможно потому, что именно бывший учитель вернул гному топор, кольчугу и шлем. В плане алкоголя он соответствовал фэнтезийным стереотипам. Пил, не морщась, даже когда ему наливали драгоценную иномирную водку. После собрания они с Ньялем хлестали пиво у реки. Алу тогда пошутил, что дескать каждому по потребностям.