Скелеты в шкафу

Так что Юльтиниэль, осознав, что еще несколько часов — и она превратится в большую ледышку, решила вернуться к главным воротам и уже от них искать дом вредной тетки. В противном случае, спонтанная прогулка могла завершиться весьма плачевно, да и других идей, найти оставленное жилище, не возникало. А зрительная память у полуэльфийки была всем на зависть.

Свернув к оградительной стене, Юля спокойно пошла вдоль ровного частокола, изредка прислушиваясь к спящей деревне. Сейчас, когда диагноз окружающему миру уже был вынесен и скорого выздоровления не предвещал, ей хотелось разобраться в себе.

Полуэльфийка ненавидела самокопание, потому что чаще всего это приводило к обнаружению у себя таких ненужных штук, как совесть, привязанность, а то и вовсе симпатия. Когда Юля решила в последний раз разобраться в собственных чувствах, решила, что любит Кристиана… А теперь вместо этого появился нездоровый скепсис, что она вообще на подобное не способна.

Как недавно выяснилось — похоже, император тоже. Иначе, по мнению полуэльфийки, он не стал бы отнимать у нее обручальное кольцо. Коли один раз уступил, то что мешало Крису и повторно примириться с заскоками Юльтиниэль? Либо прогрессирующий эгоизм, либо понимание, что ничего бы у них не получилось…

Она уже собралась обвинить императора во всех смертных грехах, как вдруг чуткий слух Юли уловил посторонние звуки. По коже пробежали мурашки — слишком уж пугающе звучал детский плач в ночной тишине.

Полуэльфийка замерла на месте, пытаясь понять, откуда доносятся тоненькие всхлипы.

Впереди виднелась небольшая обзорная площадка, на которой ночью должен был дежурить стражник, бдительно наблюдая, чтобы никакая тварь не подобралась к деревне, — такие возвышения примыкали к забору с внутренней стороны через каждую сотню метров. Вон чуть мигал огонек свечи, да и зрение Юльтиниэль, которое девушка улучшила заклинанием, могло различить силуэт сгорбившегося мужчины.

Однако плач доносился именно оттуда.

Юля сама не поняла, как преодолела расстояние до обзорной площадки, замерев под косой лестницей, прислоненной к обзорному пункту. Несмотря на то что детей полуэльфийка не любила, считая плаксивое, сопливое и мелкое нечто, которому взрослые уделяют внимания куда больше, чем уже выросшему ребёнку, в доме — вещь совершенно лишняя.