Первое правило стрелка

 — Кто из вас готов взять на себя труд объяснить мне ситуацию?

— В ходе оперативно-розыскных мероприятий нами было установлено, что присутствующие здесь богатыри Муромец, Никитич и Попович, а также примкнувший к ним чужеродный элемент по кличке Рыжий проникли на охраняемую территорию с целью покушения на трон, — сказал Никола.

— Вот как? — удивился князь. — И кто из них захотел быть князем?

— Вы не так поняли, — сказал Никола.

— Значит, вы мне неправильно объяснили, — холодно отрезал князь Владимир, проходя по залу и садясь на упомянутый предмет обстановки.

Несмотря на нелепость обвинения, от былинных он старался держаться подальше.

— Они желали осквернить трон действием, — сказал Никола.

— Каким действием? — уточнил князь.

— Э… я не хотел бы вслух.

— Ну и не надо, — сказал князь и повернулся к былинным: — Илья, ни для кого не секрет, что я никогда не любил тебя, но всегда уважал как истинного патриота и защитника земли русской.

Я всегда был к тебе справедлив и никогда не давал тебе повода… И я уверен, что ни ты, ни твои товарищи не опустились бы до такой мерзости, как осквернение моего трона. Возможно, у тебя есть другое объяснение твоего пребывания здесь, и я хотел бы его выслушать.

— Я не хотел бы пускаться в объяснения в присутствии всех этих… людей, — сказал Муромец.

— Это предлог, чтобы остаться с князем один на один и покуситься не только на его честь и достоинство, но и на жизнь, — заявил Никола.

 — И мы никуда не уйдем.

— Тогда объяснений не будет, — сказал Муромец. — Вяжите нас, волки позорные.

— Подождите их вязать, — приказал князь изготовившимся к драке дружинникам. — Сначала я хотел бы знать, что делает здесь этот человек.

Перст князя указывал на Смердищева.

— Так это… — сказал Никола. — Этот сознательный гражданин и предупредил нас относительно покушения, и оказался совершенно прав.

— Этот? Сознательный? С каких это пор люди Кощея Бессмертного пекутся о благополучии княжеского престола? — спросил князь.

— В одной стране живем, — буркнул Смердищев.

— Меня удивляет подобная лояльность, особенно когда она проявляется столь спонтанно, — сказал князь. — По правде говоря, это больше смахивает на какую-то провокацию.