Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

Видимо слишком силён людской страх перед смертью. Поэтому большинство живущих и старается держаться подальше от прибежищ мёртвых.

Я толкнул покосившуюся дверь и, под аккомпанемент душераздирающего скрипа, прошёл в приёмные покои. Старый лекарь, давно отказавшийся от врачевания ради более спокойных пациентов, приняв должность трупаря, поднял на меня бледное лицо.

— Доброе, если позволите, утро! — поздоровался я, чтобы он мог узнать мой голос.

— И вам не хворать, — улыбнулся он тонкими губами с зазубринами морщин.

Трупарь любил прикидываться ещё и глухим, но слышал лучше охотящегося кошака.

— К вам тут поступил…

— Да, да, моя старуха в полном порядке, — продолжая играть в свою игру, протянул старик и вздохнул. — Но вы же приехали не за тем, чтобы расспрашивать о моей скучной жизни. Хотите узнать, как умер, этот ваш проверяющий. Наверное, уже засыпали письмами из столицы?

Я только неопределённо хмыкнул. Подыгрывать ему нельзя, иначе рискую задержаться тут до обеда.

— Тогда не тратьте даром моё время, — проворчал трупарь.

— Идёмте уже скорее! Пока был только внешний осмотр. Так что вы почти вовремя.

За покоями начинались длинные узкие коридоры, расходящиеся в разные стороны бесконечным лабиринтом царства мёртвых. Запах стоял соответствующий, его даже не перебивали стойкий дух ладана и хвои. Так что пришлось прикрыть лицо платком. А то потом полдня голова кружиться будет.

Старик завёл меня в светлую комнату с несколькими столами и ткнул пальцем в прикрытое тканью тело.

— Говорю же, только начал, — вздохнул он.

— Совсем ведь еще пожить не успел. Чисто ребятенок. Тощенькой.

Трупарь продолжал бормотать, перекладывая зловещего вида инструменты, а я с удивлением рассматривал проверяющего. Одетый, он выглядел совсем иначе, казался толще и выше. Я даже наклонился, и пока старик не видел, накинул на тело петлю опознающего заклятья. Чары обволокли тело, забрались под ткань, разлились белым сиянием по синей коже, будто ощупывая, и исчезли, не обнаружив следов магии. Никакого колдовства к нему не применяли, а значит это был никто иной, как злополучный Феодорий Грець.

Теперь оставалось только гадать, как поведут себя большие паны в столице.

Раздумывая обо всём, я невольно запустил руку в бороду, но проходящий мимо старик хлопнул меня по пальцам.

— Не забывайте, где находитесь, — недовольно шикнул он. — Подхватите какую заразу, самого ко мне под белой мантией привезут.

В ответ на его слова, моя рука сама сотворила оберегающий знак.