Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

Хорошо ему говорить, у него слух, как у кота! Правда, обитатели тупика и не думали таиться, посему их ворчание услышала даже я.

— А чегось с этим-то терь делать? — раздалось из-за приоткрытой двери.

— Хозяин грил, пока не вернётся, не трогать.

— А чегось трогать-то? Вона уже пузрыри пошли, видать загибается.

Румпель вцепился в меня мертвой хваткой, не давая наделать глупостей.

— А ну дуй к хозяину, можа успеешь! — поспешно приказал один из бандитов. — И глянь-кось, чё тама топотали. Ежели чего, то тудыть да в сток.

Дверь открылась больше и в коридор выскочил невзрачный щуплый мужичонка с бегающими глазками, конечно, из утренней банды! Чую, мне эти рожи теперь сниться будут.

Стоило ему поравняться с нами, как Бырь тяжелым костистым кулаком своротил негодяю челюсть, а Румпель быстро метнулся в закрывающуюся дверь. Спустя миг оттуда долетел задушенный вскрик и глухой грохот.

— Алана! — тролль высунулся в коридор махнув мне рукой.

— Четверо пресветлых… — я прижала ладонь ко рту.

Вид Балта, распятого на подобии дыбы был ужасен.

Бледное до синевы лицо заострилось, под глазами лежали темные, почти черные синяки.

— Сержант, Румпель…

Впрочем, мужчины не нуждались ни в моих приказах, ни в просьбах, принявшись освобождать Вилька. Судя по всему, Балт находился под действием дрянного припоя. Эх, знать бы что в него влили, можно использовать в узоре как ключ! Взгляд упал на валяющуюся на полу пробирку. Быстро схватив, я рассмотрела на стекле красно-бурые разводы. Кровь… Резец мне в стило, да что ж за день сегодня такой!

Румпель уже опустил капитана на пол, и я кинулась к нему.

Кровь, кровь… Чья? Из-под извозюканой бурым манжеты рубашки тянулся длинный порез. Его собственная! Час от часу не легче… Ладно, девочка, соберись, ты сможешь! И не думать о том, что тогда с Врочеком не успела. И я принялась рисовать. Рисовать так быстро, как никогда.

Узор пути. Так! Ворота, выводящие путеводные нити. Точки схода открыть! Пробиться сквозь алый горячечный бред. Главное достучаться.

Есть! Теперь якорь. Символ настолько редкий и дурацкий, что и не вспомнишь сразу. Быстрее, Алана, быстрее, во имя всех четырех пресветлых! Ненавижу начертательную магию! Аааа, куць и все его отродья! Сама буду якорем!

И черканув вокруг себя витиеватую загогулину, активировала узор.

Первые секунды ничего не происходило, Вильк, кажется, не дышал, а меня начала колотить крупная дрожь. Я же чувствовала его. Странного, чужого, испуганного, но ещё живого. Неужели...