ЖЖурнальные рассказы

 

- Дарина, - слабым голосом спросил капитан, - сколько живут мышиги?

- По некоторым данным - около двухсот лет, - подумав, сообщила биолог. 

- Но это значит… значит… - заикаясь от потрясения, начал капитан.

- Что ближайшие двести лет мы можем не заниматься перевозками грузами и у нас еще останется достаточно денег на организацию долгожданной экспедиции! – ликующе возопил бортмеханик. 

- А из первых пятисот тысяч мы выкупим у заказчиков испорченные консервы, - подхватила Лида, - и их с лихвой хватит и экспедиторам, и на прокорм этой проклятой твари в течение всего срока годности!

- Тварей, - поправила Дарина, - похоже, наша мышига ожидает прибавления потомства!  

- Ты хочешь сказать, - подозрительно ласково уточнил капитан, - что в ближайшем будущем нас ожидает нашествие шишишат? 

- Что такое три-четыре сотни икринок в масштабе Галактики? - пожала плечами биолог.

 

Капитан закатил глаза и рухнул в обморок. 

Курортный роман. 16+

— Ну наконец-то у нас будет нормальный отпуск! — с чувством сказала  Велька, когда лошади были рассёдланы, сумки разобраны, а мы устроились  на криво сколоченной лавочке под сосной, любуясь открывавшимся отсюда  видом.

Впереди уходило в бесконечность золотисто-алое закатное море под  таким же небом, слева возвышалась скала, похожая на спящего дракона  (впрочем, на спящего дракона похоже большинство скал — нечто  бесформенное с зубчатыми краями), справа виднелся небольшой рыбацкий  посёлок Перевалово, дворов сорок. — Без мужей, без детей, без клиентов!

— А у тебя разве есть дети? — озадачилась я. — Кажется, я что-то пропустила!

— Нет, — успокоила меня подруга, — но мне и чужих хватает! Вечно крутятся возле моей избушки, вопят, в окна подглядывают!

—  Что, сделали из тебя «злую ведьму»? — сочувственно уточнила я. —  Испытывают тобой на храбрость: подбежать к порогу, коснуться двери и  удрать?

— Если бы! — возмущённо отмахнулась подруга.

— Нет —  подкрасться к окну и посмотреть, как я моюсь! И, кстати, этим не только  детишки грешат...

Велька немного помедитировала на чаек, с визгливыми  криками реющих над мелководьем, а потом повернулась ко мне и  торжественно потребовала:

— Вольха, поклянись, что на этой неделе ты не будешь работать!

—  Клянусь, — охотно согласилась я. От упырей, вурдалаков и прочих мало  ассоциирующихся с пляжным отдыхом тварей меня уже тошнило.