Хозяйка серых земель: Люди и нелюди

Вот уж кто был веса ничтожного, для мебели безопасного, что не могло не импонировать пану Вильчевскому, который одно время всерьез почти задумывался над сватовством к панне Гуровой. А что, мужчина он видный, при гостинице своей, она же – тщедушна и легка, в еде умеренность блюдет, к пустому транжирству не склонна… вот только собаки ейные.

Собак пан Вильчевский категорически не одобрял.

Мебель грызут.

На коврах валяются. Шесть оставляют. Вон, разлеглись у ног панны Гуровой, глаз с нее не сводят. С другое стороны, конечно, шпицы – охотники знатные, с ними и кошки не надобно, всех мышей передушили, но так для того одной собаченции хватит, какой-нибудь меленькой самой, а у ней – стая…

- Ах, вам ли понять тонкую душу…

Панна Акулина вновь откинулась в кресле, манерно прижавши ручку к белому лбу.

Сегодня она одевалась с особым тщанием, и лицо пудрила сильней обычного, и брови подрисовала дужками, и ресницы подчернила, и надела новое платье из цианьского шелку, синее, с георгинами.

- …истинная любовь не знает преград… - в руке появился надушенный платочек, которым панна Акулина взмахнула.

Шпицы заворчали.

- …и если вспомнить о недавнем происшествии, то станет очевидна несостоятельность ваших... вашего, панна Гурова, мировоззрения, - о происшествии панна Акулина вспоминала с нежностью, с трепетом сердечным, и чем дальше, тем более подробными становились воспоминания.

Гавриил покраснел, радуясь, что место выбрал такое, темное, в уголке гостиной.

Впрочем, с панной Акулиной он столкнулся за завтраком, и побледнел, прижался к стене, опасаясь, что вот сейчас будет узнан.

Гавриил не знал, что в воображении панны Акулины, образ гостя ее ночного претерпел некоторые изменения. Оный гость стал выше, шире в плечах, обзавелся загаром и сменил цвет волос.

Что сделать, ежели панна Акулина всегда имела слабость к брюнетам?

Панна Гурова ничего не ответила, и молчание ее было воспринято панной Акулиной, как признание маленькой своей победы.

- Вам просто не понять, что чувствует женщина, которой добивается мужчина…

- Колдовки, - пробормотал королевский палач.

Вот уж кто был идеальным постояльцем, тихим, незлобливым, несмотря на профессию, о которой пан Вильчевский старался не думать. Да и то, мало ли, чем люди на жизнь зарабатывают? Главное, чтоб заработанного хватало на оплату пансиона.