Геймер в аду

— А как иначе? — спрашивал он себя. — Как жить иначе в этом скучном и сером мире?

— Надо раскрасить его ярким фейерверком! Но не просто так! А во имя великой идеи! Во имя Бога, Христа, и великой священной инквизиции! — шептал ему глас разума.

И тут он заметил его следы. Следы одного студента, которого он презирал так же, как он презирал себя и однажды подорвал. Его разум не мог не заметить их, разглаживая и анализируя трещины в ледяном полу, анализируя силу вмятин, кровавые отпечатки, восстанавливая в уме манеру походки и движений ненавистного ему человека.

Несомненно, это был он, только намного более сильный и не один. С ним был такой же сильный... Гравитационный шарик? Нет, скорее всего демон округлой формы, умеющий левитировать.

— Еретик и после смерти остаётся еретиком, — тихо произнёс он. — Но ничего, я тебя уничтожу. Снова.

Проанализировав примерные способности своей жертвы, он отправился в путь, уничтожая возрождающихся демонов божьим даром. То бессмысленное и жестокое существо должно умереть.

Тот атеист, что не верит в Христа, Бога и святую инквизицию, презирающий других людей.

— Интересно, он продолжает всё так же жалко и ничтожно отрицать реальность, продолжая жить в иллюзиях?

Сам факт того, что настолько жалкий человек может существовать, заставлял его биться в агонии, пока он не будет уничтожен в пламени взрыва. Ересь должна быть уничтожена, разорвана на мелкие куски, сожжена в священном пламени. Во имя Христа, Бога и святой инквизиции, он исполнит свой долг.

***

Давно позабытое тепло согревало моё тело, и я, прикрыв глаза, наслаждался этим теплом. В сознанием медленно закралась нежеланная для меня мысль о том, что это тепло несвойственно для мира, окутанного льдом, да и вообще не свойственно для моего виртуального тела. Вот только мне не хотелось открывать глаза, чтобы разбираться с тем, откуда появился источник тепла. Оно просто меня согревало, и я инстинктивно нежился в нём, прижимая его к себе. Боль пронзила сердце и я ощутил холод, отчаяние и боль.

Привычная мне апатия отодвинула тепло на второй план, выставляя вперёд разум.

Тепло исходило от тела Люськи, что спала на мне, отлынивая от тренировок. Вот же лентяйка!

— Люська, ну и какого ты делаешь? М? — спросил я открывая глаза и уставившись на покрасневшую до кончиков ушей девушку. — Я же сказал, что пока я сплю, ты должна продолжать тренировки? А?

– Я-я... Я замёрзла! Вот! — нервным подрагивающим голосом ответила она.