Юся и Эльф: Все любят котиков

Других ведь приведет.

- И теперь что? Вы снова подадите на нее в суд?

- Н-нет!

Верю.

И даже несколько стыжусь неподобающего своего поведения, за которое тетушка, будь она жива, всенепременно отвесила бы мне затрещину.

- Я… я просто хотел…

Дверь немного опустилась. Должно быть, держать ее эльфу было тяжеловато, все ж таки каменный дуб. А что, у прадеда моего были твердые представления о том, что есть безопасный дом.

Если бы не петли…

Как бы там ни было, поверх двери на меня взирали зеленые эльфийские очи, в которых мне привиделась зеленая же эльфийская тоска.

- Я п-прошу п-прощения, - Эль, уверившись, что моя сестрица держит себя в руках и трепетному эльфийскому телу его не грозит поругание, успокоился.

Оно и верно, не во дворе же им страстью пылать.

Тут клумбы с розами. А розы, пусть и хороши цветами, но несколько неудобны, тем паче наши, после смерти тетушки одичавшие. Шипы у них – с мой мизинец, а вот цветами балуют редко.

Ну да не о розах речь.

Эльф дверь аккуратно на землю положил.

Волосы у него были хороши и без бальзама… или с ним? Я вдруг вспомнила Гретины истории про эльфийские корпорации и косметику. Эльфу же мое внимание пришлось не по нраву.

Снова волосы пригладил.

И за уши себя потрогал.

Отряхнулся…

- Что-то не так? – спросил найлюбезнейшим тоном.

- Нет, что вы, - еще более любезно ответила я. – Все замечательно. Вы заявились к нам в дом с нелепой претензией…

Грета нахмурилась и за рукав меня дернула.

- Он утверждает, что мы ставим незаконные эксперименты.

Эльф кивнул и счел нужным уточнить:

- Над животными.

- Над животными! – возвестила я громко, чтобы соседи услышали. Я не сомневалась, что они и без того слышали все распрекрасно, но если вдруг до суда дело дойдет, мне не помешают свидетели. – Представляешь, в чем нас обвинили?

Грета не представляла, но к счастью, уточнять, является ли обмазывание Барсика непроверенным составом тем самым незаконным экспериментом, не стала. Рот открыла.

Охнула.

- А на самом деле вы нарушили судебный запрет! И не только! Вы знаете, как моя сестра относится к вам! Вы разбили ей сердце! Надругались над светлыми девичьими чувствами…

Грета на всякий случай всхлипнула.

Всхлипывать она умела громко и жалостливо. Не знаю, всхлип ли произвел такое впечатление, или же моя речь, но уши эльфа покраснели.

- Вы причинили ей ужасные моральные страдания. И душевную травму!

- И-извините, - эльф сделал шажок по направлению к калитке.