"Тяжела ты, долюшка Кощеева"

— «Никогда не понимал других», — посмотрел вослед удаляющейся сороке Кощей и, повертев в руках книгу, вновь подсунул ее под ножку шкафа. Укоряя себя за то, что не подумал о том, что не зря же он ее туда прошлый раз положил. Значит, причина была.

Посмотрев в окно и полюбовавшись на закат, который окрасил стены замка в оранжевые тона, старик решил немного полежать на травке перед замком.

Чтоб лежать было удобнее, вытянул перину и пару подушек. Через пол часа мучений в поисках удобного места, лежанка была готова.

Оставалось лежать и смотреть на заходящее солнце.

Но стоило ему закрыть глаза как совсем рядом загрохотало. Ванька возвращался обратно.

— Тебе, что, места другого нет?! — разозлился Бессмертный. — Не видишь, я тут отдохнуть пытаюсь!

Парень остановился и с интересом покосился на перину.

— Ух ты! А в ней куриные перья, али гусиные?

— Откуда мне знать. Какие туда положили, те и лежат, — отмахнулся Кощей.

— А у меня дед все подушки соломой набил, говорит, от перьев блохи могут завестись.

А у вас есть блохи? — подозрительно прищурился паренек, косясь на старика.

— Какие блохи, слепой что ли? — провел рукой по лысине Бессмертный.

— А, это я не подумавши, — смутился Царевич, и сел рядом.

Кощей Бессмертный понял, что полежать ему так и не удастся. Этот любого в могилу сведет. Даже стало жалко того, кому с ним сосуществовать приходится. Не хотел бы он быть его родителем, не хотел.

— А я когда цепь принес, стражники так удивились.

От шока даже дважды дураком назвали, — начал рассказывать паренек, щупая перину.

— А чего дважды?

— В первый раз за то, что цепь с ворот снял. Дескать, только дураку такое в голову придет. А второй раз, когда энту цепь вешать обратно полез. Даже бить меня не стали. Сказали, меня природа и так обидела.

Старик тяжко вздохнул: и за что ему такое наказание? Зачем он вообще его трогал? Не отстанет же теперь, до смерти. И тут Кощей вдруг вспомнил, что бессмертный, от этого стало еще грустнее.

Он привык сидеть в одиночестве и размышлять о жизни: о поворотах судьбы, о том, как люди сами портят себе жизнь. А для этого нужна тишина, а этот тарахтит без умолку. Какие размышления, тут даже птиц не слышно.

— А ты всегда лысый был? — прервал его размышления неожиданный вопрос.

— Я Ванюша без шапки зимой ходил, вот и облысел.

Покосившись на бестолкового Царевича, старик чуть не рассмеялся, ох и нагнал он страху на паренька.