Виолетта. Маленькая (не) Большая

Но быстро отдернула руку. Видимо, вспомнила, кем является! А жаль... хотелось бы увидеть ее настоящую.— Прости.. — кажется мы выдохнули это одновременно, и тут же вскинули взгляды друг на друга.Хм.. ну это уже прогресс.— Прости, я не хотела показаться грубой и неучтивой, — решила первой объяснить я. — Просто... это нервное.— Ты тоже прости, я была эгоисткой. Понимаешь, — фея отвела взгляд и тяжело вздохнула. Было хорошо видно, как тяжело ей дались следующие слова. — Мы с твоим отцом не очень то ладим... я злилась на него и лелеяла обиду.

И совсем не думала о том, что своей ненавистью и злостью делаю больно и тебе. Ведь нежелание видеть Эдварда перенеслось и на тебя.— Ты не хотела меня видеть потому, что боялась встретить Э..эм-м.. отца?Странная отмазка, скажите?Некоторое время мы неловко помолчали, а потом я встала и ушла собираться. Мать тоже не стала стоять на месте. Через пару минут с ее подачи ко мне пришли служанки и помогли одеться в наряд для конной прогулки, состоящий из жакета, обтягивающих брючек и странного тканевого шлема. Он защитит, если я упаду? Нужно уточнить этот момент.Те же служанки и проводили меня к конюшне, где меня и ждала Иссабелла в схожем наряде. Только вместо жакета на ней была голубая мантия с интересной эмблемой грифона.— Грифон? — все же решила спросить я.— Символ первородных фей, — охотно ответила Иссабелла. — Легенда гласит, что однажды грифон спас первую фею мира и практически вырастил. С тех пор феи глубоко уважают и почитают их. — Грифон приемной отец феи? — со смехом переспросила я. — Забавно! Похоже название, какой-то книги. Надо взять на вооружение.— Занимаешься писательством? — кинула на меня заинтересованный взгляд Иссабелла, когда к ней подвели ее роскошного золотогривого коня. Сам он весь из себя был рыжий, а вот грива золотой.— В последнее время думаю над этим, — неоднозначно отозвалась, с нетерпением поглядывая на конюха, ведущего Мрака. — А ты чем увлекаешься?— М-м.. полетами. — так же неоднозначно ответила она. — Мрак! — радостно воскликнула я. — Как я рада тебя видеть!Я ожидала, что конь скажет хоть пару слов, но он промолчал. Лишь привычно склонился, позволяя мне сесть на него с удобством. Возможно, он не хочет говорить при Иссабелле?Белоснежный конь радостно фыркал и вообще выражал бурные эмоции. Хотя со стороны это выглядело странно. Я уже привыкла к тому, что Мрак совсем непохож на обычную лошадь.— Та-ак, — неловко обратилась к матери я.