Виолетта. Маленькая (не) Большая

— Вот негодник! — со смехом возмутилась она. — Даниель, ты зачем так пугаешь нашу принцессу?Даниель? Мне послышалось?Эта большая черная махина с огромными крыльями, похожими на парус от корабля, и огромными клыками, словно лезвиями ножа, Даниель? Это чудовище с большими глазами моя пара?Держите меня, я падаю! При чем в буквальном смысле. От всех этих волнений, я не удержалась в небе и стремительно начала подать вниз.— А-а-а!!! —а что мне оставалось делать еще, только орать и падать.Но в полете я увидела невероятное! Этот большой черный дракон с грациозностью, как у самых настоящих кошек, стремительно развернулся и поймал меня! Вот секунду.

И я уже сижу верхом на его голове, а он как-то подозрительно довольно мурчит. Он же не знает, что мне восемнадцать? Ну, на самом деле? Нет? Не знает?— Ой! А как ты.? — только и могла говорить я.— "Все хорошо?" — столь же внезапно, как и спасение, в моей голове раздался мужской бархатный баритон со слегка рокучище-урчащими гласными звуками.— Да, — удивленно выдохнула я и с подозрением уставилась на этого черного красавца. Красавца на самом деле, теперь я это понимаю! Роскошная, идеально черная чешую, в близи напоминала роспись настоящих драгоценных камней: агат, оникс, даже черный алмаз, морион, обсидиан и другие черные камни, что напоминали мерцания звезд.— "Спасибо" — раздалось радостное в голове.— Ты читаешь мои мысли?! — с возмущением, воскликнула я. Даже сама не знаю, спрашивала или негодовала?— "Только самые яркие," — ответил мысленно дракон.Больше мы почти не разговаривали. Всю дорогу я наслаждалась полетом, пока черный дракон нес меня обратно к замку. Он был таким восхитительным! И красивым. Он мне нравился даже больше, чем Даниель в образе человека! Вот только... это было странно.Весь полет я чувствовала едва уловимое наслаждение от прикосновения моей попы к его чешуйкам. Это не было возбуждением, но было похоже на это... разве девятилетний ребенок может такое испытывать? Я долбанная извращенка!

Мои мысли, настолько сильно поразили меня, что я уже не наслаждалась полетом, а ждала пока мы долетим.

Хотелось быстрее сбежать от него, себя и этих мыслей. Неожиданно захотелось плакать. Что со мной? Радуюсь жизни? Мое тело гниет на дне морском, а я сама весьма вероятно, что сошла с ума? А вдруг ане все это лишь водиться? Что если, это все агония перед смертью и мой мозг лишь так пытается справиться с осознанием смерти? Что если, я все еще нахожусь в воде и медленно угасаю, а все это лишь бред перед смертью? Моя агония.