Серая Дружина-2: Доспехи для шута

         Как-то Веслав вместо обычного мерного стаканчика с жидкостью на донышке сунул мне в руку кубок объемом не меньше двух стаканов. Кубок был похож на деревянную посуду из дворца Цепеока и полон каким-то пойлом с запахом мяты.

– По-моему, – заговорила я, присматриваясь к мятному силосу, – ты как-то хвастался, что твои снадобья очень эффективны в малых количествах…

         Веслав поглядел на кубок с таким омерзением, что я поклялась себе не пить.

– Это не снадобье, – выдавил он неохотно. – Ну, не алхимический эликсир. 

         Подошел Эдмус и незамедлительно сунул нос в этот самый кубок.

– Похоже на то, будто ты попытался сварить суп из травы, а потом забыл это на пару осеней. Я угадал?

– Это зелье, – с мученическим видом признался алхимик. Глаз у него дергался, но я не обращала на это внимания. За последнюю неделю тик у Веслава не проходил даже во время сна.

– Из тех, которые может сварить любой идиот? – припомнила я.

В ответ получила не слишком вежливую просьбу пить и не умничать.

         Теперь каждый день мне приходилось еще внимать пространным речам алхимика, в которых он размышлял, до какой степени пал. По его словам, до такой ординарности, как зелье, не опустится даже ученик алхимии, а он, магистр…

– Черт возьми, я не приспособлен для того, чтобы варить полные котлы какой-то там гадости каждый день! Мой удел – точнейшие превращения, пробирки, минимальнейшие дозы, искусство! А… тьфу! Это даже рутиной назвать нельзя! 

         Уж кому бы посочувствовать, так это нам, которым приходилось каждый день все это пить! 

         За эликсиры Веслав тоже брался время от времени, но, по его словам, компоненты приходилось беречь, так что выгоднее было использовать зелья в качестве профилактики.

Эдмус, кстати, проникся такой заботой о нас, но вся его помощь алхимику выразилась в фразе: «Хочешь, я украду для тебя котелок?»         

         Ах, да, еще у нас были проблемы психологического плана.

Издергались мы все, так что некоторые наши реплики к исходу второй недели не отличались вежливостью. Особенно тут выделялись Йехар и Веслав, и мало-помалу я начала все яснее различать то, что раньше отмечала только мимоходом: инициатором большинства стычек являлся Йехар.