Дракон среди нас

Йеруш наконец сообразил, что Бирель… что это существо его кусает.

— Да ёрпыляйся ты шпынявой кочергой захухрой жвары!

Оно с визгом отлетело шага на три, словно от удара, замерло на корточках у кромки воды. Йеруш трясущимися пальцами дотронулся до ямки под своей шеей, между двух косточек, нащупал горящую болью рану. Чувствовал, как кровь бежит из неё по груди, впитывается в ткань рубашки.

Вампир в своём истинном обличье сидел у воды, жадно подрагивая окровавленным ртом, щупал воздух толстым раздвоенным языком, искал источник тепла или звука.

Зеленовато-бурое приземистое тело — нагое, бесполое, лицо пустое, безглазое, с тёмными провалами ноздрей и маленьким острозубым ртом.

От мысли, что он обнимал это и позволял этому прикасаться к себе, Йеруша затрясло в ознобе. Кровь текла, и вампир чувствовал её — дёргал языком, подавался вперёд всем телом.

— Рассандаль твою шпынявость через ёрпыльную жварь, — вибрирующим голосом выдал Найло нечто не вполне вразумительное, плохо согласующееся с правилами синтаксиса и физиологией известных ему двуногих существ, однако вампир проникся, снова жалобно вскрикнул и с плеском отпрыгнул в воду.

Йеруша раздирали страх, омерзение, ярость, боль, ощущение абсолютной нереальности происходящего, и кровь всё текла по груди, и холод впивался в его тело, а сознание, не в силах осмыслить разом всю эту чехарду, выбросило наверх самую дурацкую из мыслей: «Надеюсь, никто не видит, каким идиотом я сейчас выгляжу». И от этой мысли, от ошалелости и облегчения, что вампир не нападает прямо сейчас, у Найло неожиданно вырвался нервный смешок.

Потом ещё один, ещё один, а потом Йеруш согнулся от приступа смеха, который никак нельзя было остановить, можно было только переждать, когда рту перестанет быть смешно, когда тело закончит конвульсивно биться, слёзы прекратят выливаться из глаз и снова можно будет вдохнуть полной грудью...

Когда Йеруш наконец разогнулся, оказалось, что смех стал для нечисти последней каплей — вампир скрылся не то в воде, не то в надводной дымке, и даже следа после себя не оставил.

***

Вскоре после заката в кухонную дверь уже почти привычно поскрёбся Йеруш Найло, погружённый в мантию с глубоким капюшоном.

— Я ненадолго. Мне нужно немного посидеть и подумать там, где доставать никто не будет. В спальном доме меня точно будут доставать.

На вопросительный взгляд Илидора Ундва лишь махнула полотенцем: иди, дескать, что ж теперь. Дракон отвёл Йеруша в дровяльню, уселся на топчан.

— Ну давай, Найло, удиви меня.