Тут вам не кино

А если, всё же поставить в чистом поле один единственный завод, то вокруг него неизменно образуется так называемый моногород.

Кроме чугунных «санаториев», в которых на три-четыре тёплых месяца в году собирались многотысячные толпы бездельников (действующих, по учению «новых людей» исключительно из соображений «разумного эгоизма» — это, если коротко, когда себе любимому хорошо, а значит и «всему обществу на пользу»), в будущем том были ещё гигантские дома-коммуны из стекла и алюминия. Каждый такой алюминиевый дом был произведением высокой художественности, но в сути своей являл гибрид общаги и клуба, — такой же чугунный «санаторий», только из алюминия, в котором алюминиевые стены, алюминиевые полы, алюминиевая мебель, посуда и бес его знает, что ещё.

Над домами-коммунами в летнее время «новые люди» натягивали гигантские пологи из прочной белой ткани (возможно, с примесью алюминия), для чего вокруг домов имелись специальные высокие колоны (эти точно из алюминия), и поливали пологи те водой из фонтанов наверху колон, чтобы в алюминиевых домах жарко не было.

А по вечерам «новые люди» устраивали в алюминиевых домах грандиозные балы, похлеще тех, куда вначале привела Веру Палну распрекрасная особа, которая тоже Вера Пална, только более правильная и раскрепощённая. Там чад кутежа стоял такой, что о-го-го, закачаешься…

Разодетые в нарядные костюмы бездельники, выделив из многотысячной своей общности сотню-другую в оркестр и хор, до одурения танцевали, а потом на подгибающихся ногах разбредались по комнатам…

— Куда это они? — спросила у многоликой сущности Вера Пална.

— Кто куда, — ответила сущность. — Одни в театр: актёрами, музыкантами, зрителями; другие в музей, или в библиотеку; третьи в сад. Но большинство… впрочем, это тайна… Видишь, как горят щёки и блестят глаза у возвращающихся из комнат на танцпол? Это всё я устроила! Каждая комната в этом алюминиевом дворце — это мой приют.

— Ах, как же это всё здорово! — воскликнула Вера Пална. — Какие счастливые эти люди будущего! Живут в алюминиевых дворцах, работают лишь в охотку, поют, танцуют и веселятся! А ещё у них есть тайна!!!

— Да, — сказала сущность. — Именно так. И это всё я! Я здесь царствую. Всё здесь для меня. Дневной необременительный труд и усиленное питание — лишь приготовление к главному — к моим тайнам.