Чертежи & Чары. Сны моря

Громко сморкается, вечно теряет очки, ругает корабль, поет по утрам свой неизменный гимн - этот список, поверьте мне, был практически бесконечен. Северу удавалось игнорировать нашу негласную войну только благодаря тому, что я жаловаться ему не любила, а Эмиль опасался. Втайне мы оба считали дни до того пресветлого дня, когда к нам присоединится профессор Уллес, и Рохеде придется покинуть борт «Пилигрима» – в конце концов, на судне было не так много места, чтобы разместить сразу двух квалифицированных специалистов по истории Сомнимары.

Тем бы все и закончилось, если бы не случай, который многое изменил.

Началось все с поиска того самого злополучного лагеря археологов. Я мало доверяла Северу и еще меньше - его картам, но маг утверждал, что записал точные координаты места, и если от него отстанут недовольные маршрутом пассажиры, то он, быть может, доведет корабль до точки назначения. За «пассажира» я на Севера обиделась и отправилась «пассажирить» к своим котлам.

Спустя час в результате моих яростных вкручиваний и откручиваний отвалился сухопарник, пришлось набраться терпения и заняться ремонтом. 

Я не сдвинулась с места, когда корабль стал неожиданно поворачивать в сторону. Я усидела, когда двигатели замедлили ход и спустя несколько минут остановились. Демоны задери, я твердо решила сидеть балластом в трюме до тех пор, пока кое-кто, возомнивший себя великим мореплавателем, не соизволит спуститься и принести свои извинения.

Конечно, скорее небо упадет на голову, чем это случится, но я была упрямой, да и конец света, как говорят, не за горами. Мне не хватило совсем чуть-чуть терпения, когда я услышала, как в моей собственноручно крашеной палубе начинают ковырять дырки. Вылезла наверх злая и чумазая, чтобы услышать:

- Деточка, а ты здесь откуда? Северин, опять подбираешь кого попало на свой корабль!

Я как вылезала из люка, так и застряла на полпути. Сбоку мерзко захихикал Сол, впрочем, смеялся он недолго.

- А это что за оборванец? Такой стащит чего - и глазом моргнуть не успеешь! А грязи, грязи-то сколько...

Вот тут случилось самое неожиданное. Пока мы с Солом изображали памятники самим себе, слово взял Рохеда. И как взял, я даже мысленно поаплодировала.

- Любезная госпожа, не знаю, как вас там по имени, вы находитесь не у себя дома и должны бы проявить уважение к хозяевам корабля.