Содержанка герцога

— А кто меня одел?

— Служанка, конечно, — поспешил заверить меня старичок. — И я рад, что память ваша в порядке.

Выйдя в коридор, он махнул мне рукой, прежде чем молча закрыть за собой дверь.

Я осталась одна в просторной светлой комнате, где сквозь белоснежную кружевную тюль пробивались ранние солнечные лучики.

— Красота…

Вздохнула и, кряхтя, встала с кровати. Мышцы мои неприятно ныли, будто по мне прошёлся минимум слон, максимум целое стадо носорогов.

— Ах, да, карета же перевернулась, — припомнила я минувшее.

Ушибы на коленях дали о себе знать.

Уф. Не раскисать!

Улыбнулась новому дню и поспешила подойти к окну, шлёпая босыми ногами по полу.

— Ага… Ну здравствуй, Мэнвуд. — С этими словами я выглянула в окно.

С вершины холма открывался прекрасный вид на город, расположенный в низине, на берегу моря. Оранжевая черепица на крышах невысоких домиков, выстроенных рядами‑улочками, поблёскивала под солнечными лучами, рождая интересные блики.

Площади: одна, вторая и даже третья, были видны отсюда, как на ладони. Идущие туда‑сюда люди в цветастых нарядах казались такими крохотными, как муравьи. Женщины в длинных платьях наверняка для того и таскали за собой солнцезащитные зонтики, чтобы не изжариться под палящим зноем. А изрезанная кривая линия песчаного пляжа наводила на мысль — а не на курорт ли это?

Однако стоящие на рейде многопалубные деревянные корабли — галеоны, бриги, каравеллы, — не уверена, что правильно определила их виды, наводили на нерадостные мысли.

Я не знаю, где очутилась. Абсолютно точно. В уме ни одной мысли, способной пролить свет на эту загадку. Но ясно точно: флешмоб — разыграй Анечку — явно затянулся.

— Как самочувствие?

Я отвлеклась от созерцания города и обернулась.

Ах, так его зовут Сирейли Праудмор?

Вот я и узнала его полное имя.

— Мм‑м?

Герцог из моего вчерашнего сна, бр‑р‑р, точнее нынешней действительности, вопросительно на меня уставился.

— Тело ноет, ушибы дают о себе знать, — честно призналась ему.

— Я надеюсь, ты не держишь на меня зла, что я тебя столь бесцеремонно усыпил ароматической солью.

— О!

Теперь я начала больше понимать произошедшее. Он подумал, будто я стукнулась головой, а мои сумбурные непонятные речи расценил как результат происшествия? Усыпил, вызвал доктора, позвал служанку, чтобы меня переодели.

Картина в общем‑то ясна.