Оптический театр

Госпожа Вермон как-то видела похожую вещицу у шерифа, а значит, скорее всего, мужчина был стражем правопорядка, кому присуща бдительность. Возможно, он видел, как её попутчик сошёл с поезда и куда исчез. А если нет, то знает, когда придёт следующий состав.

— Здесь многие теряют сами себя, мэм, — был ответ. — О попутчиках волноваться не приходиться. А если же ваш возлюбленный высадил вас здесь и сбежал, то задумайтесь, стоит ли его ждать?

Хотела Мари сказать ему, что профессор ей вовсе не возлюбленный, да передумала.

Много чести распинаться перед незнакомцем. К тому же господин Жаккар предупреждал, что лучше не вступать ни с кем в беседу. Но разве он стоит рядом, чтобы напомнить это своей незадачливой ученице? Герц фыркнул заместо хозяина и, извиваясь, как осетрина, совершил побег из дамских рук, решив пустить свой любопытный нос в один из чемоданов.

— Вообще встречать вас должен не я, но с начальством не поспоришь, — продолжил мужчина, аккуратно сложив газету по линиям сгиба и бросив её под скамейку. — Я здешний детектив, а вы, значит, брошенная возлюбленным Нуазетт Ларуш?

Барышня пришла в замешательство.

Она не припоминала, что бы называла своё имя. Возможно, псевдоним уже сросся с ней, но на лбу он точно не проступил. Расценив молчание знаком согласия, полицейский достал блокнот и стал что-то усердно записывать. Это привело девушку в настоящее отчаяние. Ещё вчера, оставшись без работы, она представляла, как будет ночевать на вокзале, и вот она уже здесь! «Мысли материальны» — часто слышала Мари на занятиях по психонетике. А раз на всё воля законов мирозданья, пусть детектив поищет и её несуществующего возлюбленного, и утерянный багаж.

— А это разве не он? — сыщик указал на старые чемоданы, рядом с которыми только что сидел. — Ваша псина копошится там со знанием дела.

Словно почуяв, что говорят о нём, папийон вернулся, держа в зубах какой-то мелкий продолговатый предмет. Им оказался криво заточенный карандаш. Девушка поспешила отобраться добычу и выкинуть подальше. Вряд ли профессор одобрил бы, что его питомец тянул в рот всякую дрянь.

Герц же был решительно против.

— Не думаю, что в Городе Теней вам понадобиться багаж, — уже серьёзно произнёс детектив. — Впрочем, как и возлюбленный.

Положив переноску на перрон, Мари упёрла руки в бока и стала объяснять незадачливому сыщику, что она архитектор, а в багаже были её инструменты. С грустью вспоминая модные шляпки и перчатки, что она захватила с собой в поездку, девушка почти выдавила слезу.