Я - Совесть злодея

— Совсем забыла, что этот тип у нас прямее волос после ламинирования.

— Сейчас? — Стоит, глазами хлопает.

— Нет, через неделю, — не выдержала я.

— Хорошо. — После чего взял и отвернулся, скрываясь где-то в тени коридора.

Да еж твою мать!

— Принеси. Воды. Теплой. Сейчас. Мне в ванну! — сквозь зубы процедила, сверля спину стража.

— Как скажете, госпожа Совесть. — Он поклонился и исчез. Надеюсь, он все правильно понял.

Через пять минут моего нервного ожидания в дверь постучали. Я тут же ринулась открывать.

На пороге было ведро, исходящее паром. Именно было, ибо оно висело в воздухе в метре от пола и потом медленно вплыло в мою спальню и дальше в комнатку для омовений. Послышался плеск воды и шум, после чего опустошенное ведро выплыло назад. Следом за первым ведром влетело следующее, разминувшись с коллегой по службе где-то в районе моего камина. А потом и третье, и четвертое...

— Я не знаю, как должно наполнять ванну, но ты делаешь неправильно, — сообщила растерянно стражу, когда он незаметно зашел в мою комнату и встал рядом, контролируя процесс.

— А что не так? — казалось, он искренне озадачился. Я издала короткий нервный смешок.

— Да все! — не выдержала я. — Чокнутый магический мир с летающими ведрами!

— Мне перестать? — Полох уже поднял руку, чтобы остановить поставку теплой воды.

— С ума сошел?! Я сутки не мылась. Да даже если бы пришлось принимать ванну в жерле вулкана, я бы пошла на это. Терпеть не могу пот и грязь на своем теле. У меня и так слишком чувствительная кожа, еще высыпаний мне только не хватало.

У вас тут обстановочка с трупами и нечистью не самая благоприятная для здоровья, знаешь ли, — разошлась я не на шутку, слишком уж острая для меня тема. Хватит и того, что я потеряла свои прекрасные косы. До сих пор смотрюсь в зеркало только тогда, когда устанавливаю связь со своим миром: моего отражения тогда просто нет.

— Готово, госпожа Совесть. — Полох слегка поклонился, но остался на месте. Хочет стоять в комнате, пока я буду мыться?

— Эм, Полох? — Я смотрела на полную ванну, исходящую паром, и предчувствовала беду.

— Да.

— А почему эта, как ее там... лохань все еще стоит в этой комнатушке?

Да там только эта самая лохань и помещалась. Комната размером с гроб, не больше! Я, конечно, знала, что она маленькая, ведь прятала тут свои тайны, но тогда я как-то не задумывалась, когда залазила в эту емкость, чтобы дотянуться до расшатавшейся кладки, что она такая неудобная.

— Э-э-э...