Я вам не ведьма!

Ликует, наверное — последнее слово, как всегда, за ним!

Потому что он всегда лучше меня знает, тетенька-зануда номер два на мою голову.

Я вспомнила, что в общежитии его ждут закопченные котлы и расплылась в мечтательной улыбке.

Попляшет он у меня, попляшет! Раз уж решил играть в верного слугу, то пусть!

Как ни странно, после этой стычки мне даже стало чуточку легче.

А еще я на всякий случай стала рвать травы про запас, если была возможность. Если Бонни примет — я отдам.

В последний раз.

Никаких больше дьяволят на шенском, хватит. Я могла бы закрывать глаза на то, что она ничего не знает, и щадить ее чувства, я могла бы, наверное, как-то контролировать выражение своего лица, но это было бы притворством, которое ранило бы Бонни куда сильнее, чем простое признание очевидного факта: ее церковная школа не дала ей никакой базы, она в отстающих, и если продолжит страдать комплексом неполноценности вместо того, чтобы заняться делом, то так в них и останется, несмотря на свой магический талантище.

И если я, ее подруга, никогда не буду смотреть на нее, как на безмозглую курицу, потому что отлично знаю, что голова у нее светлая, а чуйка такая, какой и у папенькиных дворняг отроду не было, то какая-нибудь Марка с удовольствием сделает из нее девочку для битья и насмешек, стоит мне только отвернуться.

Пожалуй, впервые ожидание того, что я смогу на кого-то наорать, успокаивало, а не заставляло нервничать; я наконец-то нашла выход из ситуации.

Иногда человеку просто необходим дружеский пинок.

Хоть это бывает и больно.

Моя математичка — зверь. Определенно зверь. Дело даже не в том, что именно она накладывала проклятье на Щица, и не в том, что большую часть времени она выглядит невинно, как будто только-только высунувшая из норки мышка, но стоит ее хоть чуточку разозлить, превращается в крысу настолько зубастую, что издалека слегка смахивает на заморского зверя крокодила; нет, совсем не в этом.

Просто бывают на свете такие люди, которые на первый взгляд все такие светлые, доброжелательные и вообще немножко похожи на головку восхитительного козьего сыра, лежащего на ничем не примечательной дощечке. Но стоит на дощечку наступить и щелк! Тебе откусили голову.

Ты умер.

Это ты тут мышка. Была.

А опытные ведьмы-преподавательницы никогда не бывают светлыми и доброжелательными людьми. Ну, по крайней мере, если их разозлить.

Как я разозлила.