За тридевять земель

Гигантский силуэт полупрозрачной багровой кошки закрыл, кажется, всё небо, потом начал становиться всё прозрачнее, истаивать, и, наконец, исчез, оставив ясное ночное небо и яркую чесночную дольку месяца.

Ликси возникла на Василисином колене, дрожа, взобралась на руку, нырнула под рукав и заползла куда-то подмышку, пробормотав:

— Это было как раз то, что нужно. Но я так устала!

Василиса полюбовалась на месяц и тоже уснула, чтобы очень быстро проснуться от воплей ребёнка, который бил ногами по креслу впереди, и требовал пить, писать, есть, уже прилететь, купаться и новый планшет.

Мамаша на все крики реагировала фразой «да, обязательно», и опять засыпала.

Один из пилотов, несколько раз прошедший по салону, остановился около их ряда и вполголоса поинтересовался:

— Девушка, а вы не хотите пересесть в бизнес-класс?

Василиса удивилась:

— Что вдруг?

— Ну, там есть место, так что — почему бы и нет? Вы красивы, я — чертовски привлекателен.

.. Хотя нет, это про сеновал, а не бизнес-класс. Перебирайтесь, вам там будет удобнее.

Василиса пожала плечами, потом улыбнулась, выбралась в проход, вытащила с полки свой рюкзачок, и пошла за пилотом. Усаживая её в широкое кресло, благодетель улыбнулся и интимно прошептал:

— Может быть, ваша хранительница, если она не очень устала, через часок сможет ещё разок корпус попатрулировать? А то там опять грозовой фронт, а обходить долго — очень уж он большой.

Удививлённая, Василиса, даже не задумавшись, спросила:

— Так вы тоже из...

— Ну, да, из Горынычей. Чёрная овца, так сказать. Проклят, отлучён, нелапопожат. Мих завидует открыто, Мах — тайно.

Ну, полгода ещё полетаю, контракт доработаю — и домой. Ну, последит киса?

Ликси отозвалась на грани сознания:

— Спи спокойно, я бдю.

Судя по всему, Ликси отработала добросовестно, тряски Василиса больше не ощущала, и проснулась за два часа до посадки, бодрая и отдохнувшая. Кошка не отзывалась, но слабо шевелилась где-то в районе живота.