Повелительница леса

— Почему, милая?

— Ты же знаешь, как ваш король относится к смертным. Я не исключение.

Участливый вид Камелии располагал к откровенности, к тому же мне хотелось хоть немного отвлечь ее от скорби.

— Он что, отказывается жениться? Но ведь летопись утверждает, что так нужно.

— Нет, он согласен, но…

— Остальное — глупости, — похлопала эльфийка меня по руке. По сравнению с ее изящной кистью моя ладонь выглядела особенно широкой. — После свадьбы он поймет, что выхода нет. К тому же Элрик не сможет не полюбить мать своих будущих детей.

— Да-да, конечно. Только прошу тебя, не говори пока никому об этом, хорошо? Элрик хочет сделать сообщить всем на празднике, — дождавшись кивка, я быстро спросила: — Камелия, а почему ты говоришь, что лунные эльфы могут быть причастны к смерти Мелиссы?

— Это говорю не я, просто слухи ходят разные...

— Хорошо, но откуда взялись эти слухи, ты можешь сказать? — Эльфийка замялась, теребя в руках платочек. — Я никому не расскажу, обещаю, я умею хранить секреты, — тихо, чтобы не услышали стражники, добавила я.

Камелия села ближе и, склонив ко мне черноволосую голову, зашептала.

Глава 10

— Два десятка лет назад из королевства лунных эльфов пропал венец гномьей работы. Говоря откровенно, Исилендил, король лунных эльфов, сам давным-давно обманом выманил этот венец у гномов.

— Эльф-обманщик? А Элрик утверждал, что среди эльфов днем с огнем не сыщешь обманщиков.

Камелия одарила меня странным взглядом. Его значение я так и не разгадала.

— Обстоятельства могут изменить кого угодно.

— А что такого особенного было в том венце?

— В самом венце — ничего, но в него были вправлены три крупных редчайших черных алмаза. Гномы в недрах своих гор отыскали их, и решено было сделать королевский венец. Норин, владыка гномов, с тех пор носил его не снимая и, поговаривают, даже спал в нем. Но Исилендил, только увидев эти алмазы, захотел венец себе.

— Ну и шел бы сам в шахты стучать киркой, — возмутилась я.

— Это ему не понадобилось.

Исилендил, этот старый лис, пригласил Норина погостить к себе в замок. Он весь вечер поил его. Ходят слухи, не обошлось без дурман-травы, которую владыке гномов подмешали в вино. А когда Норин был изрядно не в себе, Исилендил предложил ему устроить скачки. Победитель получал венец. В трезвом уме гном никогда бы не додумался сесть верхом, а под действием дурман-травы охотно согласился и кричал, что скоро они с лунным королем породнятся.