Увидимся в Новом свете

Ты никогда не спорила со мной. Если ты забыла и то, как себя вести, я постараюсь тебе напомнить, - она схватила меня за предплечье, так, что ногти впились в кожу. – Сейчас же, спускайся, - прошипела она мне, и я увидела, как меняется ее благолепное лицо, и я вижу уже не монашку, а мегеру.

- Сестра Маргрет, наш Бог не разрешает гневаться, злиться, и желать смерти, ваше лицо сейчас не одобрил бы Бог, - где ваше терпение и смирение? – я умела бить не только кулаками, потому что Лиля доказала мне, что слова ранят больнее.

Эта сучка не сломает меня, и я добьюсь того, чтобы нам разрешили выходить. Что-то мне подсказывает, что это именно ее приказ, а не мистера Ланкриджа, который любезно поздоровался со мной. Я посмотрела в сторону трапа – входа в трюм, там, с ехидной миной стояла Бетти.

Пока сестра Маргрет переваривала информацию, делясь между злостью и Словом Божьем, я подошла к Бетти.

- Ну что, овечка, поняла кто здесь волк? Будешь вести себя неподобающе, - она произнесла последнее слово голосом Маргрет.

– Будем тебя воспитывать. Так что, в следующий раз, подумай, прежде чем отвечать мне, - она открыто улыбалась, поправляя корсет.

- В следующий раз, когда я посмотрю в твои глаза, сделай очень глубокий вдох, - я прошипела это ей, и начала спускаться.

- Зачем? – она смеялась уже без прежнего энтузиазма.

- Чтобы не проглотить содержимое ведра, когда твоя голова будет в нем, - я спустилась к девушкам, не смотря на этот сброд разномастных женщин. Я уверена, что не все они как Бетти, но пока проверять не стоит.

Мои «сестры» - так себе тыл. И если эти «красотки» пойдут на нас, «сестры» бухнутся на колени и будут молиться – так себе помощь.

- Сестры, кто может встать, берите под руки сидящих, мы должны выйти на свет и помолиться, должны возблагодарить Господа нашего за то, что сохранил нам жизни, - с этими словами я взяла под руку одну из слабых, и начала выводить на палубу. Тогда-то я и поняла, что с Бетти я не справлюсь. В этом теле хорошо работает только язык.

Ну, хоть что-то. Спасибо молитвам, Элиза, но ты могла бы их читать, приседая и подтягиваясь.

Девушек выводили на свет, и я, наконец, рассмотрела будущих жен. У меня был один вопрос – куда мы плывем, вернее, идем?

- Сестра, а где мы должны высадиться, я не помню название. После болезни словно по голове ударили – ни памяти, ни сил, - я спрашивала ту, что всматривалась в горизонт, и от того, что она не моргала, ее глаза, похожие на рыбьи, слезились.