Царевна, царица, богатырь и птица

И чучела неведомых животных. И неизвестно чьи кости –  судя по изогнутым острым зубам, не человечьи никак, и хоть это слегка утешало. И травы –  сушеные травы были повсюду.

–  Корзину на стол ставь, –  кивнула хозяйка дома. –  Попортила ты мне опытный материал, ну да уж царевне прощу, так и быть…

–  Ненастоящая я царевна, –  почему-то решила сообщить Наина. 

–  Вот как? –  старуха окинула ее взглядом и вдруг усмехнулась. –  А ведьма –  настоящая. Да не пыхти так, я-то уж вижу.

Урожденная ведьма, да сильная… Подучиться бы тебе. Ну-ка, что тут у нас… основная стихия –  огонь, ну да тут и сомневаться нечего. Вторая… забавно. Вторая –  вода. Непростой у тебя нрав, должно быть, ненастоящая царевна. 

Наина вскинулась. Ведьма?! Чародейка! Неужели… неужели и впрямь есть в ней что-то особенное? Что-то, чем она сама бы гордиться могла –  и неважно, кто ее родители, чем славны. Что-то ее собственное. Свое. Настоящее!

–  А вы… вы можете меня научить? 

В том, что перед ней именно колдунья, сомнений уж никаких не оставалось.

–  Могла бы, пожалуй. Но не стану. Недосуг мне учениц брать. Подрастешь –  пойдешь в эту вашу академию. Вы нынче все там учитесь. Оттого и беззубой вся молодежь растет. Неумехи! Зла они, видите ли, не чинят… –  ведьма сплюнула прямо на пол. –  Захочешь –  сама о своем будущем позаботишься. А ты мне расскажи-ка лучше, что значит “ненастоящая царевна”? 

Старуха пристально посмотрела ей в глаза, и девочка вдруг почувствовала непонятно откуда взявшееся доверие к ней.

Будто сидела перед ней не то ласковая нянюшка,  не то родная бабушка, какой у нее сроду не было. 

Наина выложила все, как на духу. Про свою семью –  родную и приемную. Про шепотки, про злых нянек и завистливых боярышень. Про сестренку –  любимую, вредную. 

Про Альку ведьма выспрашивала особенно тщательно. Колдунью интересовало все: и что за нрав у маленькой царевны, и за что ее так любят все.

–  Что ж, –  задумчиво заключила она наконец, помешивая варево в большом котле. –  Может, и подойдет… попробуем. Вот что, ненастоящая царевна. Возвращайся-ка ты домой. Тебя уж и обыскались небось. А с сестренкой помиритесь –  на то и сестры, чтоб мириться да ссориться. Возьми-ка вот.

Тут колдунья, потянувшись к одной из полок, сняла с нее пару небольших ручных зеркал в чеканных рамках.