Царевна, царица, богатырь и птица

Сынок-то Демаров честь по чести к царевне сватался, у них еще с царем Игнатом все сговорено было. А теперь, значит, Елисееву невесту того… вот царица и боится, что король Демар-то ей окорот даст. Восстановит, стало быть, справедливость…

–  Тело-то зачем стеречь? 

Вопрос был задан незнакомым голосом, и корчмарь поискал глазами его обладателя.

Верно, еще один бродяга. Вон, в углу сидит сычом –  сам чернявый, явно не местный, нос клювом, да еще глазами так и зыркает. Не шпион ли какой?..

Словоохотливый рассказчик на мгновение растерялся, закрутив головой.

–  Чего?

–  Тело, говорю, царевнино зачем богатыри стерегут? Раз уж она отравлена.

–  Так… чтоб Елисей не забрал!

–  А ему мертвое тело на кой?

Тут и там кто-то хохотнул, сообразив, что сказочка у странника и впрямь вышла хоть и страшная, да только странная какая-то. Сказочка и есть!

Да и кто поверит, что богатыри особого отряда таким черным делом занимаются? Про царицу-то всякое говорят, но богатыри –  заступники, защитники, про них каждый слышал немало.

Рассказчик принялся что-то объяснять, все больше запутываясь, но слушали его уже с куда меньшим вниманием.

Темноволосый незнакомец в углу поднялся со своего места, бросил на стол пару монет и вышел. 

Хлопанья крыльев за дверью в корчме уже никто не слышал. А и услышали бы –  не обратили внимания.

А соколу с черными крыльями пора было лететь дальше –  через границу.

Глава четвертая, в которой рассказывается история одного убийства

–  Савелий! –  царевна подсела к богатырю, чистившему свой меч, и тот поднял голову.

…Полынью он пахнет. Полынью! И тимьяном. А не хвоей вовсе. И с чего это ей в голову вдруг взбрело? Глупость какая. Да ведь и не нравился он ей никогда, колдун этот носатый. Пугал больше. 

Не нравился! 

Только кто же тогда?..

А все ж любопытно.

Савелий чуть усмехнулся.

–  А что же –  всех разгадала?

–  Не всех… но про Ратмира-то –  угадала ведь? Это он… его ты назвал убийцей, так? И… я думаю, что любовь его погубила. Верно? 

Савелий, вздохнув, отложил меч.

Неужто угадала?

–  Расскажешь?

–  Не знаю, стоит ли… ну да, раз обещал… да и не возражал тогда вроде никто. Эту историю, кроме меня да Михайлы, никто не знает.