Внучка берендеева: Третий лишний

В пустой-то голове всяк знает, что дурости полно…

- Божиня велела прощать чад своих неразумных.

- От и простите его…

Старец стоял, сложивши руки. И спокоен был, и благостен… этаких Еське редко встречать доводилось. И всегда-то удивляла их готовность прощать что бы то ни было, хоть разлитые на стул чернила, хоть…

- Божиня простит, - жрец коснулся сложенными щепотью пальцами лба. – Неисповедимы пути ее. И коль привели меня в сей дом, стало быть, имеется в том нужда.

- От имеется и превеликая… дочку замуж выдаю. Единственную.

Жрец повернулся к девке.

Если и удивили его, что вид Щучкин, что клеймо на ее лбу, виду не показал. Улыбнулся приветливо:

- Рад за вас…

У нее аж щека дернулась. Не разделяла Щучка этакой радости. И Еська понимал.

- А это, - Безликий ткнул пальцем в Еську. – Жених. Счастливый…

- И вы хотите…

- Чтоб обвенчали их.

- Тут? Быть может, имеет смысл в храм…

- А разве не сказано, - произнес Безликий нарочито мягким голосом, - что всякое место в этом мире и есть храм Божинин, ибо сотворено ее волей и по ее разумению?

Жрец провел ладонью по седой бороде.

- Приятно встретить человека, который читал священные книги… и запомнил, что в них написано. Тогда, быть может, вспомнит он, что брак – есть единение душ пред лицом Божини, что не может он быть заключен против воли.

- А то! Конечне, помню… Еська, ты ж не пожелаешь браку расторгнуть?

Еська подавил тяжкий вздох и покачал головой.

- Ей такое и подавно в голову не придет…

- И по доброй воле? – жрец прищурился.

- А то как же…

Старик повернулся к Еське. Глаза его были прозрачны, как вода в лесном озере. И голова закружилось, повело вдруг. Исчез смрад подземельев, но пахнуло свежестью леса, хвоей и сырой землей, первоцветами, ключом тем, который пробился сквозь каменную подложку поместья…

Пить захотелось со страшною силой, но не всякой воды, а студеной, от которой зубы ломит и горло першит.

…и отпустило.

- Что ж, - старик глядел уже на Щучку. – Если так… будь по вашему.

…обряд не занял много времени.