Непобедимый эллин

Увидав могучего, лоснящегося литыми мышцами атлета, копытные слегка удивились, но особого беспокойства по поводу появления странного незнакомца не проявили.

- Где Фол?!! – гневно вскричал молодой кентавр в яблоках.

- Я Фол! – дерзко ответил сын Зевса.

Кентавры взволновано загомонили. Умственные способности у многих были ниже среднего, несмотря на бытующее в Греции поверье об их, якобы феноменальной мудрости.

Немного посовещавшись, человекообразные кони пришли к выводу, что перед ними всё-таки не брат Фол, а какой-то наглый зарвавшийся эллин.

- Ты не Фол, - длинный перст кентавра в яблоках обличительно уставился на Геракла. – Ты наглый самозванец!

- Никто… - яростно заклокотал могучий герой. – НИКТО не смеет безнаказанно оскорблять великого сына Зевса…

Тяжёлая скамья со свистом взметнулась вверх и опустилась аккурат на голову хамоватому кентавру.

- А-а-а-а… - дико взревели копытные, бросаясь в атаку.

Геракл усмехнулся.

Ошибка нападающих была в том, что они бросились на сына Зевса всем скопом.

Великий герой ловко развернул скамью, затем опустил её на уровень широкой груди и, мрачно улыбаясь, стал быстро вращаться на месте, рассекая близлежащее пространство всесокрушающим деревянным винтом.

Что и говорить, а уроки танцев не прошли для сына Зевса напрасно. Покойный бедняга Лин научил героя всему, чему смог, совмещая занятия музыкой с прикладной хореографией.

О своей фатальной ошибке кентавры поняли слишком поздно. Чудовищная вращающаяся катапульта в руках Геракла за пару минут расшвыряла копытных в радиусе нескольких сотен стадиев от гостеприимного домика Фола.

Самого последнего кентавра сын Зевса ухватил за длинный рыжий хвост, затем раскрутил тяжеленного соперника над головой и запустил его прямёхонько в небольшой пруд, располагавшийся на окраине леса.

- Ну что ж, кажется всё, - облегчённо вздохнул великий герой, оглядываясь по сторонам.

Действительно, сражаться уже было решительно не с кем. Ну разве что с выглядывающим из развороченного окна домика Софоклюсом.

«Неужели один из кентавров угодил прямо в жилище нашего гостеприимного друга? - мысленно посетовал Геракл.

– Как нехорошо, однако, получилось!».

Вид у историка был слегка пришибленный, впрочем, Софоклюс всегда так выглядел, ну разве что глаза таращил чуть поменьше.

- Т-ты чт-то эт-то наделал?!! – заикаясь и слегка дёргая левым глазом в ужасе вопросил хронист, на четвереньках выбираясь из полуразрушенного дома.

- Ну как? – вопрос Софоклюса немного озадачил великого героя.