Чистота-порядок и прочие каверзы

Моя хозяйка на полпути не остановится, она везде порядок и красоту наведет, вот увидишь.

— Надеюсь, Вольдемар, надеюсь, — вздохнула Трисосны.

— Дозволено ли мне будет, — вновь мурлыкнул кот. — Озвучить еще одну маленькую просьбу?

— Ах, если только совсем крохотную, — закокетничала Трисосны.

— Выпусти Гадостькакую. У меня к ней разговор. А остальные пусть до завтра посидят.

— Ах, хитрец. А как же песенка? Ты вроде обещал.

— Всенепременно, — кивнул кот. — С радостью исполню. А потом выпустишь?

— Так и быть, — сдалась Трисосны.

— В отличие от всей этот шушеры ты, Вольдемар, знаешь нужный подход к даме.

— К самой красивой и обаятельной даме, — Вольдемар вновь не упустил случая укрепить свои позиции в глазах Трехсосен. Если забыть о том, что глаз у нее, в общем-то, и нет.

Чуть позже Вольдемар сидел на солнышке у колодца, грел спину и ждал. Пока ждал, рассматривал верхушку сливы, на которой обитал Твоюжмать. Нынче на этой верхушке красовался яркий деревянный домик. Лена по доброте душевной решила приколотить для «милой летучей мышки», а Олег лазил и приколачивал.

Ко всему прочему на дне домика был рассыпан сушеный мотыль. Почему-то Лена решила, что Твоюжмать жрет насекомых. Что Твоюжмать жрал на самом деле, Вольдемар не ведал. Но это перепончатое недоразумение никогда не смотрело в сторону Гадостикакой с гурманным интересом, это кот мог утверждать точно. В общем, коту было чуточку обидно: он тут всеми силами нечисть отваживает, а хозяйка наоборот, прикормить ее решила.

Пока Вольдемар размышлял, из сада выползла наконец Гадостькакая.

Точнее, начала выползать. За основной массой клопов-солдатиков еще тянулся тонкий ручеек, и кот сделал вывод, что Гадость находится в несколько разобранном состоянии. Во всех смыслах слова.

Ярко-красные спинки клопов все мельтешили, собираясь в кучу. Вольдемар же тем временем принял самый важный вид и свысока смотрел, как нечисть подползает к его лапам.

— Ш-ш-ш, — сказала Гадостькакая вместо приветствия.

— Око за око, — надменно ответил Вольдемар.

— Кто меня в западню заманил? А я ведь тебе верил.

— Ш-ш-ш.

— Да какой уж тут теперь мир? — фыркнул кот. — Вы против моей хозяйки вон чего удумали! Сколько ее Ух водить хотел?

— Ш-ш-ш.

— Три дня?! — кошачьему возмущению не было предела. — Вот ведь паразит этакий! Людям пить и есть надобно, да и холодно еще. Совсем ума лишился!

— Ш-ш-ш, — клопы-солдатики зашевелились живее, и в шевелении этом будто даже проглядывала некая виноватость.