Занимательное ботоводство

— Дыры Фопса! — С безумными глазами он пообещал: — Переименую сразу, как будет возможность. Чего бы мне это ни стоило!

— Так или иначе ваши Дыры нас не касаются. И вы нам помочь не можете, верно? — поднимаясь на ноги, уточнила Фиона.

— Нет. — Городской управляющий покачал головой без тени негатива и несколько нехотя поинтересовался: — Зачем вообще переименовывать Гадюкино?

— А зачем переименовывать Дыры?

Фопс и Фиона смерили один другого полными непонимания взглядами, после чего городской управляющий сделал жест, мол: «проваливайте, задерживать очередь я могу и самостоятельно».

***

— Мда, быстро закончился мой план, — мрачно оценила Фиона, понуро спускаясь по мраморным ступеням мэрии.

Фалайз и Тукан не переживали особо на этот счёт, но из вежливости изобразили какое-никакое сочувствие.

— Когда-нибудь в другой день, в другой жизни, — нараспев сказал крестоносец.

— Нам и так много везло, — заметил Фалайз успокаивающе. — Мы ведь кучу вещей достали, что нам не по уровню: маунт, Гадюкино, тукановское Вещество.

У нас хорошая репутация у Приключенцев, много друзей высокого уровня, а Фопс, хоть и кривится, но принимает нас почти без очереди.

Он, что ни говори, был всецело прав. Самым важным аспектом в «Хроники раздора» являлось не имущество и даже не деньги, а знакомства со связями. Люди, как ни крути, даже в виртуальном мире оставались людьми — сбивались в кучки по интересам, поддерживали друг друга как могли.

В этот момент у них за спинами раздался голос прямо преисполненный внутреннего обаяния и шарма.

Настолько, что даже явные следы работы игрового автопереводчика, выраженные в некоторой рассинхронизации речи и анимации, не сильно сказывались:

— А можете добавить в этот список и ещё один пункт: БСН.

Все трое разом обернулись и увидели на ступенях, аккурат на месте, где они только что проходили, человека плутоватого вида с замысловатым металлическим протезом левой руки, явно рассчитанным на нечто большее, чем простая замена конечности.

На их глазах она сжалась и сразу же разжалась, как будто рефлекторно, издав неприятный звук «жс-с-с-ск». Одет он был тоже не просто: в неплохой ни разу не средневековый, серый в мелкую полосочку костюм.

В Амбваланге такой наряд многое говорил: он означал, что его владелец достаточно высокого уровня, чтобы иметь возможность выбирать себе одежду самостоятельно, в зависимости от нужды и чувства вкуса.