История Горыныча. Начало

Несколько мгновений спустя богатырский храп умеренно раскачивал лодку, до предела натянув якорный канат.

Кусты зашевелились, и, уже ни капли не таясь, на поляну вальяжно вышел кот. Котяра. Огромный, размером с упитанного и довольного своей жизнью осеннего мишку, сияющего рыжего окраса и с яркими изумрудными глазами. Красавец, одним словом!

-А теперь, легким движением коготка, отправляем невоспитанно-нахально-чавкающих грубиянов в далекое-предалекое путешествие. Для изучения окрружающих красот и, кхм, стррессового похудания.

Полезно будет некоторрым. А то зажррались, понимаешь ли…

И весьма довольный собой Котяра с прищуренно-презрительным взором проводил уплывающую лодку:

-В недобрый путь, господа! И не возврращайтесь!

Сопроводив богатырей столь неприятным напутствием, рыжий герой перевел свой вмиг подобревший взгляд на вертел. Масляные глазки обласкали каждую выпуклость и вогнутость барашка:

-А Вы мой дорогой, станете ужином более благовоспитанной компании. Мрр…

Пробираясь сквозь кусты к видневшейся вдалеке знакомой и такой родной избушке, Кот неожиданно для себя услышал крики и гогот оттуда, где, по идее, должна быть смиренная тишина и терпеливое ожидание Его возвращения.

-Не понял, на охоту ходишь так, что лапы ломит, от постоянной засады хвост муравьями изглодан! От выжидания нервный тик на оба глаза! А вместо верного ожидания добытчика семьи она тут гулянья устрраивает?!- негодованию героя не было предела,- ну я вам устррою!

Несколько позднее.

-Ик!- вдруг мучительно дернулась старушка.

- Видимо кто-то вспоминает, - задумчиво потянула она. 

Ииик!- второе стало еще более мучительное, чем первое.

Лукавые глазки Лешего обратились к даме сердца и роковой соблазнитель выдал: и кто это так настойчиво добивается внимания моей дамы, мне уже начинать ревновать?

-Мой дагагой дгуг! Гевность это не пго нас! И вообще….ИИИК!- тут уж филин ошарашено замолчал,- не понял! 

В окружении столь приятных людей и нелюдей, за столом, заставленном разнообразной снедью, за добрым приятным разговором, я почувствовал, что мой хвост и крылья покрылись мурашками, гарантируя грядущие неприятности.

Легкий озноб прошел с головы до лап. Уши стали торчком.  И именно в этот переломный момент тихонько скрипнула дверь. И в дом вошел ОН. Огромный! Шкура его сияла пламенем, глаза горели огнем, клыки зарождали комплексы одним своим блеском стекающего жира огромного барана… И взгляд! Проникающий в саму душу, вызывающий беспричинное чувство ужаса..