Васка да Ковь

После двух часов скитаний, полуоглохший от выкриков зазывал и визгливых голосов торговок Васка остановился у того лотка, с которого и начал: у лотка с бусами. Ему настолько надоело блуждание по рядам, что он решил рискнуть лицом.

И тут увидел девочку.

Девочка стояла у лотка и застенчиво переминалась с ноги на ногу, устремив зеленые глазенки на коробочки с развесным бисером. Пальчики так и тянулись к бусинкам, но видно было, что денег у нее нет. Торговка изредка лениво поглядывала на девочку, но больше для порядка.

Настолько девочка была хорошенькая, миленькая и безобидная. Разве такая чего-нибудь сворует?

Васка поймал себя на несвойственном ему умилении.

После продажи турнирного доспеха отца деньги у Васки все-таки были, но отложенные на самый крайний случай. Васке отчаянно не хотелось их тратить, да и хранились они у Кови, под четырьмя наговорами и пятью самодельными амулетами. Потому и искал сейчас Васка какую-нибудь работку попроще, чтобы была у него карманная мелочь. Васка напомнил себе, что как раз сейчас мелочи у него нет, кроме как той, что пойдет на подарок магичке, оплату сегодняшнего ужина, и, может, завтрашнего обеда.

Однако…

Девочка, будто почуяв лихорадочные метания честной рыцарской души, обернулась и улыбнулась Васке во все свои остренькие зубки. Очень остренькие зубки. Треугольные такие.

— Купи бус! — в меру капризно попросила нечисть, — А то покусаю!

Васка зажмурил глаза и досчитал до десяти. Когда он открыл сначала один глаз, потом второй, девочка никуда не делась, разве что теперь держала его за рукав.

И зубки ее никуда не делись. Она все так же скалилась-улыбалась и заглядывала Васке в глаза.

Васка попятился.

Девочка не отцепилась.

Торговка скользнула по ним безразличным взглядом и продолжила щелкать семечки. Видимо, зубки демонстрировались Васке лично.

— А отвяжешься? — спросил Васка без особой надежды.

— Не-а. 

Девчонка мотнула головой и слегка выпустила коготки, впиваясь в жесткую ткань рубахи, а затем и в кожу.

От нее пахнуло тухлой рыбой. Русалка?

— Упокою, — процедил Васка.

— Кишка тонка, — хмыкнула нечисть, — неразумно среди бела дня, в тюрьму загремишь, доказывай потом, что не душегубец. Баш на баш — твою беду знаю, могу помочь. Помоги и ты мне, рыцарь!

И девочка повалилась в пыль, прямо Васке под ноги. Васка почесал в затылке, жестом, от который прилип к нему не так давно и ни в какую не хотел отлипать. Нечисть только что проговорила ритуальную фразу.