Невероятные приключения циников в Скайриме

Делвин вдруг посерьезнел и повернулся ко мне всем телом:

— Послушай, детка. Ты свалилась на нашу голову внезапно, и каждый из гильдии сейчас гадает к добру ли или к худу. Я почему-то в тебя верю. Может, из-за твоих песен, которые вчера пела… В гильдии дела все хуже и хуже, ребята на нервах, а хорошая песня может поднять дух.

— Извини, Делвин, я мало что помню про вчерашнюю ночь. И уж точно не помню свой репертуар.

— Репертуар? — переспросил старый вор, — в смысле слова? Ты пела «…перемен требуют наши сердца…» Что «все ждут перемен», и будь я проклят, если ты не заглянула в душу каждого из этих пьяных ублюдков!

— Цой он такой, да… — я наконец оторвалась от стола, стряхнула прилипшие к щеке крошки, — мог всколыхнуть умы.

Что ты от меня хочешь, Делвин. Ближе к делу.

— Деловая, да? — усмехнулся мужчина, — теперь понятно, что в тебе увидел Бриньольф. Кроме милой мордашки и притягательной попки…

— Эй!

— А что… Я ж все-таки мужчина, пусть и не совсем молодой, — он подмигнул и хлопнул меня по плечу.

— Слушай, что-то мне подсказывает, что именно ты сможешь принесли гильдии тех перемен, которые все здесь так ждут, а я со своей стороны обещаю тебе всяческую поддержку.

А вот это полезно. Доверие старого авторитетного вора — это, пожалуй, самое ценное, что можно вынести из прошлого вечера. И уж точно ценнее пьяной ночи с Бриньольфом.

Я улыбнулась Делвину и протянула свою тарелку с недоеденным пирогом:

— Будешь? — получив отрицательное мотание головой, пожала плечами, — у меня есть кое-какие соображения, что делать с ва… нашими проблемами.

И надо бы переговорить без лишних ушей. С тобой и Бриньольфом.

— И Векс, — добавил Делвин. — Ребята уважают ее, и ее слово здесь имеет вес, — от интонации старого вора повеяло холодом.

— И Векс, — согласилась я, — если ты доверяешь ее… непредвзятости, то как скажешь.

— Что ты имеешь в виду под «непредвзятостью»?

— Вчера мне показалось, что она не очень-то жалует меня.

Если ее личная неприязнь не будет мешать делу — я только за.

Делвин смерил меня оценивающим взглядом. Коротко усмехнулся своим мыслям и поднялся со стула:

— Ты нравишься мне все больше, детка. Надеюсь я не пожалею, что поставил на тебя в этой истории.

Он потрепал мне волосы на макушке и ушел, напевая мотив Цоевских «Перемен» себе под нос.