Невероятные приключения циников в Скайриме

Бишоп толкнул дверь во Флягу и застал странную картину: в дальнем углу, где горел очаг для еды, стояли и орали друг на друга курица с трактирщиком.

— … что значит мясо солить в конце? Да велика ли разница?! Бросил шмат на сковороду и довольно с него! Будут меня еще курицы учить!

— Вот поэтому твои помои и есть невозможно! Нет маринада — соль в конце, а то люди вынуждены подошву жевать вместо стейка! — петушился Кречет, — у тебя полная гильдия воров, а едят они только то, что сами приготовят.

Раз уж ты стоишь в наряде по кухне, то соблюдай правила готовки!

— Я сейчас тебя приготовлю!

— И все равно это жрать не будут! — орала курица басом. — Развели бардак: людям дают помои, мебель сломана, санитарные нормы можно почтить минутой молчания — у вас с резервуаре плавает труп животного. Биологически-опасный объект! Распустились. Я вас научу Родину любить.

— И откуда в такой мелкой птице столько гонора?!

— Я — генерал-лейтенант! У меня пять успешно проведенных боевых операций, и я свое звание не у мамки под титькой нашел! О, непись… — курица отвлеклась от спора, заметив рейнджера.

— Ну-ка скажи, ты бы стал это есть?

Он толкнул лапкой тарелку с непонятного вида бурдой, и трактирщик выжидательно уставился на случайного судью. Бишоп уселся на табурет, бросил у ног мешок и взял оставшуюся после кого-то ложку. «Даже если это полное дерьмо», — решил рейнджер, — я все равно это сожру. Назло пернатому недоумку». Бишоп закинул первую ложку в рот, невозмутимо прожевал.

— Годится.

— Ха! Поняла, курица! — трактирщик хлопнул ладонью по столу, — годится! Так что закрой свой клюв и иди копай червей в мусоре.

Бишоп через силу выдавил кислую улыбку и опустил взгляд в тарелку: с краю плавал кусок чьей-то шерсти. Рейнджер спокойно положил ложку и отодвинул предложенные помои.

— Как-то я ходил по лесам Рашемена. Добычи не было несколько дней, и я едва не сдох с голоду, если бы не одна случайно пойманная белка.

Я ее сырой сожрал. Выжил. Так вот даже ту белку я ел без шерсти… Как бы ты меня не злила, курица, но эти помои я даже из презрения к тебе есть не стану.

— Ага! — Кречет аж подпрыгнул от счастья и предстал перед трактирщиком во всей мощи рябой несушки, — готовить будешь только под моим руководством! Слышал, повар-недоучка?

Мужик сплюнул и, забрав у Бишопа тарелку, ушел в дальний угол.

— Молодец, что не солгал.