"Лунная дорога"

Микки подошла вплотную к Оборотню и спокойно выдержала волчий взгляд, метавший золотые молнии.

- Попрошу впредь не высказываться по поводу моего морального облика! – сказала она ледяным тоном. – То, что мы с вами целовались сегодня ночью, не дает вам права мной командовать! Вы все поняли, сэр?

Джонатан молча кивнул. И с поклоном подал ей недостающую часть туалета.

- А вот и не подеретесь! – крикнул Дик.

И, подбежав, обнял их обоих. Так, что Микки с размаху уткнулась носом в грудь своего визави. И, почему-то не поторопилась отстраниться.

Мда-а! Как все запущено-то!!!

Глава 17 Посмотри в глаза чудовищ…

Один великий поэт сказал:«Знаешь, хоть Бога к себе призови, Разве можно понять что-нибудь в любви?»То, что Джонатан и Микаэла любят друг друга, это даже ребенку понятно. Но Грейстар пытается защитить девушку от любой беды и ревнует, как полагается мужчине. А Микки такая опека раздражает, и она изо всех сил демонстрирует Волку свой гордый, независимый характер.Гм! В итоге, наша пара ведет себя порой как два малыша в песочнице: вместе тесно, а врозь скучно.

Хотя в общении с Микаэлой Оборотень неизменно показывает чудеса терпения.

Интересно, а как могут сложиться мои отношения с Сильвией? Я, наверное, делал бы все, для того чтобы девушке со мной было светло и спокойно. Чтобы нежная улыбка не сходила с ее прекрасного лица.А если она не ответит взаимностью на мои чувства? Тогда постараюсь стать ей просто добрым другом, верным защитником, ничего не прося взамен.

Тем временем наша «сладкая парочка», наконец, разомкнула объятия. Гостья из Будущего завершила свой утренний туалет и, задрав нос, гордо прошествовала мимо Джонатана, вниз, в гостиную. Бедный Оборотень только вздохнул и головой покачал.После завтрака сэр Роджер отправился с визитом к Королеве и вернулся через пару часов с хорошими новостями: ее величество милостиво согласилась принять сына его боевого товарища.Аудиенцию назначили на вечернее время. Старый воин одолжил мне один из своих камзолов, поскольку моя дорожная куртка сильно потерлась и истрепалась.

Пока я одевался, Джонатан давал мне последние указания:

- Старайся говорить спокойно и хладнокровно. Голос не повышай и не горячись. Если королева начнет гневаться, потихоньку сворачивай разговор, кланяйся и уходи.

Грейстар мрачно посмотрел на меня.

- А вообще-то, не ходил бы ты, Эдвин, ни на какую аудиенцию. Чувствую, ничего хорошего из этого не выйдет.