Пение Сирены

По их мнению, молодой правитель внесет свежую кровь королевству, тем самым Хокка всегда будет самым живым местом на свете. Вот только султаны были чистой формальностью, все государственные вопросы решал совет мудрецов, которые всегда направляли сферу влияния нынешнего правителя. Тем не менее, многим в королевстве заправляли непосредственно мужчины, не перешедшие черту юношества, то есть ста пятидесяти лет, в то время как взрослые постигали прелести своей беззаботной жизни. Первые двадцать лет жители Хокка не отличаются от людей, но со временем их годы не увядают так быстро.

Они выглядят на все те же двадцать в течение ста лет, и лишь затем появляется их первый седой волос.

Господин Кимпазар Зоонго был тем самым карикатурным толстячком. Боги явно решили пошутить над ним. Его голос был высок, и длинные речи завершались тяжелой отдышкой, словно он попытался взбежать по лестнице. При этом во время обедов он демонстрировал настоящее рвение дикого тигра. То, с какой ловкостью он загребал себе необходимые кушанья обеими руками, и жадно посылал эти блюда в свое бездонное брюхо.

Его челюсть не прекращала работать ни на минуту, пока он тянулся к одному блюду, второй рукой он отправлял другое в рот. От Кимпазара всегда пахло пряностями и деликатесами, как говорил Мальчазред, господин Зоонго прячет запасы еды под бородой, но после этого капитан разразился своим обыкновенным звонким хохотом, от которого уже немного оглохший Геральд остался в замешательстве, это была шутка, или самого Мальчазреда смешит нелепость этой истории.  

И наконец, господин Шахзарид Кондрах Семнадцатый. Его истощенные черты лица чахоточника заметно выделяются на фоне более тучных тел остальных бородачей. Его болезненное состояние не поддавалось объяснению, потому как жители Хокка имеют врожденный иммунитет к заболеваниям. Единственное, на чем смогли сойтись мудрецы, так это на том, что Шахзарид родился вследствие кровосмешения, что было нормальным явлением, потому как вся мужская линия делила между собой один гарем, и не мудрено, что любая женщина могла оказаться твоей сестрой, или дочерью, или даже бабушкой.

Долголетие и праздность пагубно влияют на этот народ, не говоря об очень странно законодательной системе, которая лишала прав фаанг и суункан, то есть женщин, каких-либо прав. Фаанги должны были служить, а суункан должны были рожать и ублажать. На этом всё. Но возвращаясь к господину Шахзариду, он страдал от непрекращающегося хриплого кашля.