Последний богатырь

Кишлак тонка с моей лучезарностью тягаться!

И пускай не победил нынче врага, а только обгадил, как, впрочем, и себя, но Далдони-Шариф был доволен и такой «ничьей». Гарем разочарованно зааплодировал салутану-победителю, и только стоявшая в сторонке юная наложница Шахризара, не присоединившись к остальным, что-то помечала в своём розовеньком ежедневнике на тысяче первой странице.

Скотти-варвар же, вспоминая не совсем добрым, но от того не менее крепким словом «Рахмута» и весь Абчхи-сарай-сити, с его башнями, евнухами и гаремами, направился на поиски более дружелюбного города или, хотя бы, оазиса.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Надеяться-то нужно всегда на лучшее, а вот готовиться надо было к худшему, так как лорд Фосфор уже получил достоверную информацию о срыве операции «Закат Востока», как он лично назвал коварный план бесславно погибшего «при исполнении», попросту втоптанного в грязь, Каркаралона.

Решив действовать наверняка, Князь Тёмных Делишек послал своего самого наилучшего агента – в соответствующих секретных депешах таких агентов величают «суперагентами» – для однозначной нейтрализации непотопляемого (попомните это слово, господа) рунийского богатыря.

 

Не подозревая, что над их неприкаянными головами сгущаются подозрительные тёмные тучи, Переборушка-богатырь со своим верным советником Саваном Басмановым, форсированным маршем спешили к Азтымль-камню, с целью скорейшего раздобытия необходимого для безоговорочной победы артефакта. 

Так уж нечаянно получилось, что большей частью их маршрут пролегал по местам в основном безлюдным, по наполовину заросшим или до конца не прорубленным просекам, короче, по глухомани, и чем ближе они подходили к ареалу обитания грозного дракона, тем дремучее и непроходимее становились окрестности.

 

Несколько небольших хуторов и заимок, встретившиеся им на пути, оказались брошенными и опустевшими. Причём, в некоторых избах ещё теплился огонь в печурках, из чего путники сделали вывод, что это с их приближением люди, в полном штатном составе уходили в леса.

Скорее всего, это были либо беглые крестьяне, либо каторжники, ну или древневеры. Потому, видимо, и чурались местные чужаков, как идолища Чурю, и категорически не осмеливались показываться им на глаза. И правильно делали, я вам скажу, неизвестно ведь, кого могла сюда нелёгкая в недобрый час занести.

В связи с таким развитием событий, тем более, кстати, пригодился путникам старушкин узелок с провиантом.