Смертные не оригинальны

Какой еще мир? Да вам только дай! Расплодитесь как крысы по всем континентам, все ресурсы выжрете, попутно еще загадите все выше своей головы. И что с вами делать потом? Молчишь, представитель тупиковой ветви эволюции? Астероидов на вас не напасешься, вот что! Нет уж, парень. Вы убивайте лучше друг друга и дальше, как у вас испокон веков повелось – и сами дольше протянете, и всем вокруг мороки меньше!

Фельк восхищенно выслушал отповедь джинна и переспросил:

– Так нельзя мир во всем мире, что ли? Тогда пусть так: чтоб с соседями воевать не довелось! А то слухи ходят нехорошие, ох, и поганые!

– Они на то и слухи, чтоб быть погаными, – пожал плечами ничуть не впечатленный джинн.

– Хорошие ж никто не побежит пересказывать, ломая пальцы – или что там у вас на ногах в нынешней ипостаси? Это какое время хоть?.. Ай, да тьфу на вас на всех, мне не всё едино?

Фельк переступил с ноги на ногу. 

– Так чего с желаниями?

– Ну, скажем, так, – джинн сделал вид, что послюнявил палец, хотя у него и слюнных желез-то не было.

– На то, чтоб мастер тебя зауважал, придется потратить года три. Но это если возьмешься за ум и за руки. Способности у тебя неплохие, сам до мастера можешь дорасти, только дурь из башки надо вымести поганой метлой, понял? Старание и спокойствие – вот что тебе нужно. И неспешно так, понемножечку, потихо…

– Какие такие три года? – возмутился Фельк. – Я сейчас хочу!

– Тогда надо было начинать три года назад, – невозмутимо ответствовал джинн.

– Мне начинать? – еще больше обалдел парень.

– Это ж ты желания исполняешь!

Джинн отвалился на стуле и с жалостью оглядел Фелька, изогнув одну бровь.

– Парень, ты что-то путаешь. Я ничего не исполняю, кроме пары оперных арий по праздникам. Советы дельные еще даю. Иногда. По доброте душевной, фигурально выражаясь, потому как души у меня нет. Но чтобы желания исполнять – ни в коем случае. Это тебя кто-то обманул.

Фельк сполз спиной по буфету.

– Это как же так? Как же так – не исполняешь желания? Ты джинн или кто?!

Демон выпятил губу.

Парень нашарил на табурете фолиант, открыл страницу, заложенную подорожниковым листом. Хмурясь, отыскал нужную строчку и ткнул в нее грязным пальцем:

– Во! Сказано ж ясно: «И ставший хозяином джинна вправе буде требовать с него выполнения трех хоть каких желаний, ежели таковые не превышают возможности оного джинна».

– И что?

– Как что? Я твой хозяин!

Джинн расхохотался, и смех гулко прокатился по заброшенному дому.