"Отвертка для Золушки"

- Точно! – воскликнул маэстро. - Ты потом ушла такая грустная и потерянная. Я долго жалел, что не остановил тебя и не расспросил подробно о твоем горе.

Он снова потер лоб, собираясь с мыслями.

- А еще у меня в голове все время вертелась эта фамилия – Де Грасси. Она будила во мне какие- то воспоминания. Что-то давно забытое - о веселой студенческой юности в славном университете города Саламанка. О лихих пирушках, о проказах и каверзах, а еще о грандиозных планах и мечтах изобрести нечто такое, что сразу изменит этот мир к лучшему.

Бог мой, но как же я мог предположить, что в этом большом городе судьба сведет меня с дочерью моего лучшего друга?! Старина Огюст! Я совсем забыл его чуднУю франкскую фамилию, но стоило тебе назвать его имя, как все сразу стало на свои места. Какая жалость, что он рано покинул университет, не закончив обучение! Милая девочка, ну расскажи же скорее, как поживает мой университетский приятель? Много ли изобретений ему удалось воплотить в жизнь?

Я сглотнула горький комок.

И опустила глаза, чтобы Кристофоло не увидел моих слез.

Рикардо сочувственно посмотрел на меня и ободряюще приобнял за плечи.

- Моего отца… уже нет на этом свете. - тихо сказала я. – И он ничего не успел изобрести. Был простым купцом, ездил с товарами за границу. И погиб где-то на Востоке.

Последние слова я произнесла совсем тихо. И все-таки торопливо провела ладонью по лицу, стирая непрошеные слезы.

Маэстро тоже замолчал. Улыбка погасла на его губах. А потом он наклонился ко мне и произнес негромко, но твердо.

- Зато Огюст, похоже, многому успел научить тебя. А значит, все знания и все труды моего лучшего друга не пропали даром!

Он снова улыбнулся открыто и заразительно.

- Раз его дочь с легкостью распознала и преодолела все мои ловушки. Давайте присядем прямо здесь и вы, наконец-то, расскажете мне, что же произошло той ночью во дворце этой ненормальной эль Морано.

Кристофоло кликнул слугу, расставил прямо на столе вино и закуску, сдвинув на край все свои чертежи и шестеренки, и я начала рассказ.Признаться честно, я немного робела, живописуя наши с Поджио ночные похождения. Вдруг маэстро рассердится, узнав, как бесцеремонно мы расплавлялись с его уникальными изобретениями?Но он только хлопал себя по коленям, то и дело, разражаясь громким хохотом.