Стеклянный ветер

Наверняка ты уже не раз проделывал фокус, позволяющий читать чужие мысли на расстоянии? Молчи! Я прекрасно знаю, что со мной у тебя подобный номер не пройдет. Но сейчас я сниму защиту, и ты сможешь проникнуть в мой мысли и воспоминания. Надеюсь, ты там найдешь гарантии, после которых сможешь мне доверять.

Через мгновенье голова Корсара безвольно опустилась на грудь. Он спал, погруженный в самогипноз. Лом сделал робкую попытку прощупать его сознание, и с первого же раза все получилось.

Процедура сильно напоминала перелистывание старого семейного альбома. Он увидел себя маленьким – вернее, это был не он, а малыш Люм, но догадка пришла чуть позже. Сперва же Лом изрядно попотел, тщетно пытаясь вспомнить: когда, кем и, самое главное, где была сделана эта фотография?..

Вот уже Люм постарше, что-то читает, а рядом – во дела! – как гора, возвышается Корсар. Разве что здесь он выглядит чуть помоложе, так, чуть-чуть, почти незаметно.

Нет, ну как похож! Надо же!.. Вот Люм, бредущий по коридорам Магического замка…

Интересно! Похоже, это уже не фотография, а целое кино. Посмотрим, посмотрим…

– Корсар, что за бред вы несете! О каких перемещениях между мирами вы говорите?

Какой знакомый голос. Эти властные интонации… Откуда он так хорошо знаком?.. Стоп! Не может быть! Да это же…

Старый маг, председатель Круга, Высший Оз, медленно шел вокруг огромного стола в Малом зале.

– Я на пару тысячелетий больше вас живу на этом свете, и за столь долгий срок мне многое довелось повидать. И я утверждаю: перемещение между мирами невозможно! Зарубите себе это на носу!..

Следующая картинка. Люм крупным планом – видимо, это одна из самых последних его встреч с Корсаром, он выглядит точь-в-точь, как теперешний Лом. Он говорит:

– …понимаешь! Я знаю точно, у меня должно получиться.

Глава 37

Глава 37

Предыдущие опыты проникновения в чужие мысли заканчивались весьма плачевно: рано или поздно Лом ударялся о барьер – даже обычные люди, не имеющие ни малейшего представления о колдовстве, усилием воли могут создавать примитивную защиту своего сознания. Потом была сильная головная боль и провал… Но Корсар честно выполнил свою часть договора.