Стеклянный ветер

Только Высшим магам, соединившим свои силы в единой волшбе, под силу такое… Ума не приложу, кому мог перейти дорогу безобидный законопослушный род Белого Ужа? У нас же отродясь не было врагов. А теперь, оказывается, я – последний Белый Уж…

Повествование было прервано новыми рыданьями.

Лилипут решил воспользоваться возникшей паузой и поделиться своими мыслями об услышанном, а заодно, в который раз, попытаться успокоить спутницу:

– Слушай, Лепесток, а с чего ты взяла, что больше никому, кроме тебя, не удалось спастись? Ведь ты сама говорила, что у вас в роду много народа.

Может, кого-то вообще не было в деревне во время нападения. Ребята вы все зажиточные, этих, как там их, колец золотых, у каждого с избытком. Наверняка, многие отправились куда-нибудь попутешествовать, к друзьям в гости, например. Да мало ли куда с деньгами-то можно уплыть, благо, пристань под боком.

– Большой Сход у нас должен был быть на следующий день! – воскликнула Лепесток сотрясающимся от беспрерывного рыдания голосом. – Понимаешь ты это или нет? На нем все родичи должны присутствовать.

Все! Правило такое! Нарушивший его с позором изгоняется. Сход начинается с первой зарей. Поэтому в ту ночь все до единого родичи собрались в деревне.

– Ну, ладно, ладно, все были, все, примирительно сказал Лилипут. – Только не надо так кричать… Но ты ведь убежала, спаслась от пиратов, а что ж другие-то, дурнее тебя? Тоже, небось, как поняли, что дело пахнет керосином… – увидев недоумение в глазах девушки, Лилипут тут же поправился: – То есть единственная возможность выжить – бежать оттуда без оглядки… Вот, и полетели кто куда, только пятки засверкали.

У нас говорят, ужом ускользнул, вот и сородичи твои тоже…

Своим проникновенным выступлением Лилипуту вроде бы удалось вселить в Лепесток хоть какую-то надежду. По крайней мере, она перестала реветь.

– Что ж, быть может, ты и прав, – еще всхлипывающим от слез, но уже успокаивающимся голосом, проговорила девушка. И чуть слышно добавила: – Но вдруг ожившие, цепляющие на ходу деревья, да и волкодлаки, бросившиеся в погоню…

– Ну, вот и хорошо, вот и ладушки! – сделав вид, что не расслышал ее последние слова, радостно воскликнул Лилипут.

– Сейчас спустимся с этой Змеиной горки… Кстати, почему такое название? На ней что, змей много, что ли?

– Нет, ужи под ней жили… РАНЬШЕ!

– Да ладно тебе. Сейчас в кустиках внизу пошарим и наверняка встретим трясущихся от страха юрких ужиков.

– Нет, никуда мы не пойдем, ¾ решительно запротестовала Лепесток.