Университет Междумирья. Не говори мне, кто ты

— Если бы речь шла о паре дней, она бы успокаивающие речи не толкала. Но медлить не стоит. Впрочем, торопиться тоже.

— А что у них могло пойти не так? И почему? Вряд ли из-за моей пропажи. Иначе Гатиус попытался бы меня вернуть, а не в усыпальнице замуровать…

— Интересный вопрос. Очевидно, никто из Союза прорицателей не Зеран Шелан, — Кеннет усмехнулся, — переоценили себя. Доступ к источнику получили, а перенастроить поток сразу не сумели.

Разобрало радостью пополам со злорадством. Ха, не все гадам гладь да сахар! Есть в жизни справедливость! И непредвиденные судьбоносные повороты…

Мягкий Шанечка грел руки, на талии по-хозяйски расположилась ладонь Кеннета.

Такая приятно теплая и надежная — со стола я-то до сих пор не свалилась. И вообще, я могу ему по-настоящему помочь. Раз уж что-то сотворила с магическим источником, пусть не специально, то мне и исправлять. Это будет честно!

— А я сумею? Перенастроить обратно…

— Не уверен, — спустили меня с небес на землю. — Шелан всю жизнь посвятил изучению теории магии.

А Междумирье создал в глубокой старости.

Да уж. Создательница миров — это только звучит гордо. А на деле… Учиться надо. Даже если гениями не рождаются, то и становятся далеко не сразу. Будь у меня шанс, я бы старалась, изо всех сил! Через какое-то время был бы толк. Увы, ста лет у нас нет. Несколько дней максимум. Что я могу успеть? Армию хаников нашить разве что. Очень угрожающе будет, ага.

— И чего это я, правда, — пробормотала, чувствуя себя ужасно глупо, и опустила глаза.

— Предсказатели вон предпочли использовать меня вслепую и избавиться, а не обучать…

— Были бы идиотами, если бы рассчитывали, что ты окажешься на их стороне.

Два пальца ухватили за подбородок, заставив поднять голову. Мгновение замешательства, пересечение взглядов. Ой. Будто ворохом искр обожгло, насквозь, до дрожи.

— Лёна, у тебя невероятные способности, черт возьми! Просто непонятно, как они работают… А специалистов в этой области нет.

Из глубин плинтуса, куда забился мой боевой дух, проклюнулось что-то покруче и решительнее, пышно расцвело.

— Книга! — выпалила я. — Та работа Шелана о теории рождения магии, которую никто не понимает.

Кеннет поморщился. Не то чтобы недоверчиво, а так, словно лимон проглотил.

— Чего ты? Книга что, такая ужасная?

— Почему же, у нее есть и достоинства, — хмыкнул он, — она короткая.

— Но я ведь не такая, как все, — заявила я с вызовом. — Возьму и пойму, в чем там высший смысл. Мне нужна книга.