По следам Одиссея

Или в Аиде нет настоящих художников? Быть такого не может!

- Соответствуем! – торжественно заявил страж. – И дизайн архисовременный! И Фэн-шуй! 

Он гордился тем, что технический прогресс докатился даже до Аида несмотря на все козни злопыхателей. Мол, и мы не лаптем щи хлебаем. Так что соответствуем! Леночка побагровела, но взяла себя в руки и заметила довольно вежливо, хотя и не без холодка:

- Да! Только слишком уж креативное название! Дальше некуда! Выбрали что-нибудь попроще! «Прелесть» или «Бон аппетит».

Ну, да!  Нам же подавай что-нибудь пооригинальней! Мы же особые! Не такие, как все! А, по-моему, это обезьянничанье какое-то!

- По мне хоть как называй! Было бы пожрать что! – бодро выкрикнул Васька. – Главное не название, а содержание. Можете зарубить это на носу. Не на моем, конечно!

Страж услужливо, но без подобострастия распахнул перед ними двери. Они противно скрипнули. Нет! Тут явно целое стадо медведей прошлись им по ушам. Ведь не глухие же они?

- Милости прошу к нашему шалашу! Будьте, как в гостях, а не как дома! Держите себя в рамочке.

Вдоль всего ангара строго, как по линейке, стояли длинные столы, сколоченные из досок, а с двух сторон от них лавки. Такие же длинные и отшлифованные до блеска сидевшими на них. Я уже видел подобное в фильмах про ГУЛАГ, а поэтому не мог удержаться от ехидного замечания, хотя по натуре я очень добродушный (в чем вы уже могли убедиться):

- Уверен, что тут даже добавку баланды дают по многочисленным просьбам посетителей.

Вы не находите, что это похоже совсем на другое заведение. Надо было еще назвать рестораном.

У нас тут богатый выбор блюд! – радостно проговорил страж. – У вас глаза убегут в разные стороны!

Мы прошагали следом за ним через весь ангар, в конце которого находилась кухня, откуда неслись запахи и громкие разговоры. Иначе они просто не услышали бы друг друга.

- Шеф! – крикнул страж. – Тут у нас гости! Накорми их по высшему классу! Я на тебя надеюсь!

За широкой стойкой, отделявшей ангар от кухни, показалось то, что никак нельзя было назвать лицом.

 Это была рыхлая овальная масса, состоявшая из лоснившихся складчатых щек, среди которых, лишь хорошо приглядевшись, можно было увидеть две черных точки глаз и маленькую розовую пипочку рта. Мясистые красные щеки лежали на плечах. Черные точки уставились на нас, потом пипочка зашевелилась, и оттуда полились булькающие звуки, складывавшиеся в слова.