По следам Одиссея

 Монстры!

- Всё это странно, -  задумчиво произнес Вергилий. – Очень странно! И может быть, даже плохо. Скорей всего, что плохо. Кто же это может быть, ума не приложу. Местные обитатели не стали бы разводить костер.

- Ничего странного и нет! – заболоболил Васька, чувствовавший себя героем. – Кто-то отдохнул до нас. Места от костра еще теплое. Скорей всего они покинули пещеру утром.  Остановились вечером, развели костер, сварили что-то себе и остались ночевать.

- Мы единственные здесь живые существа.

Точнее вы! – проговорил Вергилий. – Но выходит, что кто-то еще есть.  А кто? И как они могли проникнуть? Харон их перевезти не мог.

- Такие же путешественники, как и мы, - сказал я. – Любопытствующие, так сказать.

- Вот! И мы не знаем, с какими они здесь намерениями, и кто это вообще такие. Это плохо. Вдруг это злодеи, встреча с которыми нам не обещает ничего доброго. Нужно быть готовыми к худшему. Хотя, может быть, всё и обойдется. Но лучше быть готовыми к неожиданностям.

Васька уже наломал хворосту и сложил из него аккуратный костер.

И, выслушав Вергилия, простонал:

- Что за привычка во всем видеть плохое? Меня это всегда напрягает. Может, это добрые и восхитительные люди, как я. Или эмчээсники отправились на поиски. Нас уже должны разыскивать. Сколько мы уже пропадаем? Конечно, нас потеряли. Уже и полицию родители достали. И все больницы обзвонили, и морги. Это нас ищут. Точняк! 

- Ладно! – проговорил Вергилий. – Хорошо, если бы так. Успокаивает то, что, кто бы то они ни были, но, если они в пещеру до темноты не вернулись, значит, уже не вернутся.

И мы можем спокойно переночевать. Так что располагаемся на ночлег! И главное – хорошо выспаться.

- Вряд ли мы уснем, - сказал Васька. В свете факела у него было лицо, как у индейца.

-  Почему? Ты чего-то опасаешься. Заранее чего-то бояться, значит, испугаться при реальной опасности. 

- Не знаю, как вы, а у меня голодное брюхо ко сну глухо. Пока я не наемся до отвала, я не усну. Дома я перед тем, как лечь, обязательно чего-нибудь умну вкусненького.

 

- А разве вы, молодой человек, не знаете, что на сон, грядущий нужно отправляться с легким чувством голода. Как говорится, ужин отдай врагу! С полным желудком хуже высыпаешься.

- Это вы можете отдавать свой ужин, кому угодно. А я не отдам! Фигушки! Я всё сам съем! И придумали тоже: и хлеба горбушку и ту пополам. С какой это такой стати? 

Васька извлек из-под футболки довольно внушительную горбушку хлеба.