По следам Одиссея

Известного тем, кто на уроках литературы не играет в «морской бой», как некоторые любвеобильные товарищи в нашей компании, а внимательно слушает учителя и читает программные произведения. Кстати, очень поучительные. Цербер, пока мы просыпались и потягивались, а потом уничтожали наш скромный завтрак, сгонял на разведку и вернулся с хмурыми мордами. Взгляд на них не предвещал ничего хорошего. Он хмуро оглядел нас. По-собачьи тяжело вздохнул.

- Обвал! – тявкнул он. И мотнул одной башкой в сторону. – Я еще ночью его услышал.

- И что? – воскликнули мы. Хотя уже поняли, что дело пропащее. – Что теперь делать?

У меня как будто внутри всё оборвалось. Неужели это конец? Именно тогда, когда мы так близки к выходу. Почему судьба так несправедлива? Или Аид не хочет нас выпускать?

- Тропинку завалило. Нам не пройти. Если бы мы были птичками, то, конечно, перелетели бы.

Ну, почему вот так? Что судьба немилосердна, это известна. Но не до такой же степени! Мы были уже почти дома, достигли цели – и такой облом в прямом и переносном смысле.

Как хотелось, чтобы все его три морды сейчас заулыбались, и он сказал бы, что пошутил. Но собаки, как известно, не умеют шутить и лгать. Этому у них стоит поучиться.

- Попробуем разобрать? – предложил Вергилий. – Вон нас сколько народу! Что нам стоит дом построить! Дружно поработаем и разберем тропинку. Что ты молчишь?

Цербер оскалил одну из морд. Другие сохраняли полную серьезность. И согласился:

- Если к нам на помощь придет десяток Гераклов и вы не против того, чтобы задержаться здесь на пару-другую месяцев.

Только Геракл-то один. И его еще потребуется уговорить. А Геракл побежит за разрешением к Аиду. А дальше вы сами знаете.

Приуныли. Кажется, Аид никак не хочет отпускать нас из своих владений, значит, мы ему понравились. Или не понравились. И в том и другом случае исход для нас один.

- Так не может быть, чтобы не было никакого выхода! – выкрикнула Леночка и заплакала. Какие у нее красивые слезы! – Мальчики! Ну, должен быть выход. Подумайте!

Мне хотелось подойти к ней и утешить.

Но только слов для утешения не находилось. Сказать ей, что всё будет хорошо и завал рассосется сам по себе, как гнойный нарыв? Понятно, что я не мог позволить себе такого. Она бы просто возненавидела меня. А врать, как вы уже давным-давно поняли, я органически не способен.

- Почему же? Выход есть, - проговорил Цербер. – Ты права, девочка! Из любой ситуации найдется выход.

Всё-таки он не такой ужасный этот трехголовый страж.