Гарри и его твари

В голове у зельевара всё затуманилось, потом прояснилось, потом опять затуманилось, и так раз пять или шесть. «А что я варил-то?» — с ужасом подумал Снейп и вспомнил, что сегодняшнее зелье — экспериментальное, он изобрёл его только утром и не знал, как оно будет работать. Последнее, что он помнил, были бездонные, как озёра, глаза Риты Скитер, и её страстный шёпот. О чём шептала, из памяти вылетело.

* * *

Снейп проснулся. И первая мысль была: «Что здесь делает эта мымра?» В углу дивана со счастливой улыбкой на лице свернулась калачиком Рита Скитер, укутанная в старую заштопанную мантию хозяина, а сам зельевар спал сидя в другом углу, положив ноги на тумбочку.

По всей каморке валялись незнакомые тряпки в горошек.

Снейп посмотрел на часы — они показывали половину шестого. Вечера, судя по темноте за окном. А может, и утра, ведь зимой темнеет рано, а светает поздно. В Хогвартсе стояла тишина, что свидетельствовало в пользу утра. Огонь под котлом давно потух, в камине тоже.

— Что это было? — вслух спросил Снейп.

— И было ли?

От его голоса гостья пробудилась. Сладко потянувшись, она села, подмигнула ему и сказала:

— Засиделась я у вас, профессор Снейп. Пора и честь знать!

— Заходите, — на всякий случай сказал он.

— Кто знает, может, и зайду, — загадочно ответила она, свистнула прытко пишущему перу, лёгким движением волшебной палочки собрала тряпки и вышла через камин. Прямо в его мантии.

— Ну, дела-а, — протянул Снейп и почесал затылок.

Где-то заорал гиппогриф. Снейп вдруг представил, что будет, если его зелье разойдётся по миру, и побледнел.

В следующую секунду он уже тащил тяжёлый котёл в санузел, намереваясь утилизировать подлое вещество самым вульгарным способом. И, лишь сделав это, успокоился. И лёг досыпать.

* * *

— Профессор Снейп, в «Пророке» статья про вас! — щебетали ученики, размахивая свежим номером газеты. Злой и невыспавшийся Снейп молча выхватил у них один экземпляр и удалился в кабинет — читать.

«С.Снейп был со мной очень откровенным и поведал о себе такое, чего не рассказывал ни одному журналисту, — писала Скитер.

— Кто бы мог подумать, что за внешне суровым фасадом скрывается тонкая и ранимая душа? Оказалось, что строгий преподаватель Хогвартса не чужд простых человеческих чувств. Видели бы вы, какие знаки внимания он мне оказывал! И это несмотря на то, что мне уже за тридцать. Разумеется, я осталась неприступной, но мистер Снейп весьма меня удивил… Итак, читайте тайные откровения С.