Гарри и его твари

Эх, поймать бы поэта…

— Сливочные пивососы, — беззвучно процедил Гарри и выхватил удостоверение аврора, но тут, как всегда, сработал закон подлости: из переулка на бешеной скорости вылетел чёрный седан, скрипнул тормозными колодками и встал прямо между ним и толпой неформалов, прочертив на асфальте две чёрные полосы. Из машины раздавалась клубная музыка с бухающими басами. Тинейджеры издевательски захохотали и все одновременно аппарировали Мерлин знает куда, и коллективный хлопок прозвучал как праздничный салют.

Пассажирская дверца приоткрылась, музыка стихла, и из полумрака тонировки на Гарри глянул ухмыляющийся блондин в зеркальных очках-авиаторах и с зачёсанными назад волосами.

— Прокатимся? — заговорщицки предложил он и подмигнул начальнику Аврората.

— Да пошёл ты! — рявкнул Гарри. — Я из-за тебя хулиганов упустил!

Блондин издевательски захохотал, хлопнул дверцей и врубил музыку на полную дурь, после чего резко сдал назад, развернулся и рванул с третьей передачи. Гарри выругался.

— Раз, два, три, четыре, пять, шесть, — сказал он, пытаясь справиться с гневом.

Разозлившийся волшебник может натворить много лишнего, поэтому он всегда старался держать себя в руках. На малолетних оболтусов придётся пока забить, он это понимал. Сейчас ему был нужен Бактериус, и Гарри начал аппарировать по очереди во все пабы, которые знал, но шельмеца нигде не было. День прошёл впустую, Гарри устал и проголодался, посеял где-то библиотечную книгу и вернулся домой злой как чёрт. Аппарировать сил уже не было, поэтому он поднялся по крыльцу пешком, как магл.

Джинни встретила его в дверях. Вместо спортивных штанов и обвислой майки на ней было элегантное бархатное платье с драпировкой.

— Где был? — холодно спросила она.

— Пиво пил, — ответил Гарри. — Сливочное.

— Ты мне спагетти на уши не вешай! Я тебя не видела с часу ночи.

— Понимаешь…

— Не заливай мне про «понимаешь»! Я не маленькая и прекрасно знаю, чем ты с ней занимался.

— С кем с ней? — вытаращил глаза Гарри, изо всех сил изображая честность.

— С этой пучеглазой! Ты к ней бежишь по первому уханью. Хоть бы постыдился! Соседи про нас уже судачат.

— Ну Джинни, дорогая, это же просто моё животное.

— Не просто!

— Ты же знаешь…

— Я знаю одно, — перебила его Джинни. — Мой муж — извращенец.

С этими словами она шагнула в камин и исчезла. Гарри кинулся было за ней с криком: «Я всё объясню! Это не то, что ты думаешь!» — но потом плюнул на угли, повернулся и пошёл в кухню.