Девять пауков в одной банке

— А кто, — я ухмыльнулся, — неужели Корвин?

— Знаешь, Артур, когда на теле убитого обнаруживается несколько пулевых ранений, а на поле боя только один отряд вооружен огнестрельным оружием, поневоле приходишь к мысли, что это сделал именно он.

— Что-то тут не сходится, дядя, — я покачал головой.

Прищурившись, Джулиан посмотрел на меня.

— А как ты думаешь, почему вскоре после битвы Жерар избил твоего деда? Жерар был с Эриком, когда тот умирал. Он сам рассказал мне об этих ранениях.

— Я думал, Жерар избил Корвина, потому что подозревал его в смерти Каина…

— И поэтому тоже.

Но заметь — хотя Корвин Каина не убивал, ни тогда ни потом он Жерару никаких счетов за свое избиение не предъявлял.

— Остальные знали об этом, и если бы Жерар пропал или погиб…

— Вот именно. Жерар не только избил его, но и унизил, избил у всех на глазах. А Корвин это стерпел. Почему? Да потому что он понимал, что еще легко отделался. Его могли и убить его за то, что он сделал с Эриком.

— Кстати, почему его не казнили?

— Потому что нам не хотелось еще сильнее ослаблять государство.

Если Корвин так жаждал получить корону — черт с ним. Лучше уж он, чем Блейз. А других кандидатов в то время не было. Конечно, лично я был бы не против посидеть на троне, но я понимал, что меня не поддержат.

— Рэндома поддержали, а он вообще стоял последним в очереди на наследство.

— Рэндома выбрал Единорог.

Мы снова замолчали. Мне пришлось пожертвовать пешкой, чтобы спасти ладью.

— Не знаю… — Сказал я затем. — Надо будет поговорить с Жераром.

— Поговори.

— И все-таки странно, что о твоей версии — если, конечно, допустить, что она истинная — больше никто не знает.

— Кому надо, знают. — Уведомил меня Джулиан.

— Ты хочешь сказать, что Корвин лгал своим детям, а вы его в этом молчаливо поддерживали?

— Ну-ну-ну… Что за громкие слова?! «Лгал»! Назовем это иначе — он выдал своим детям слегка откорректированную версию событий. Ну не мог же он признаться, что пристрелил Эрика издалека! Это слегка выбивалось из образа благородного героя, которого он всегда так любил разыгрывать.

Знаешь, такого мужественного, уверенного в себе типа, настоящего лидера и харизматика…

— А почему остальные молчали?

— Я тебе уже объяснил. Чтобы не портить королю репутацию. Тем более — в глазах его собственных детей.

— Но почему, в таком случае, ты мне все это рассказываешь?

— Потому что ты его внук и лично никогда своего деда не знал. А значит, правда тебя не слишком огорчит.

— Понятно.